— Да, действительно, — засмеялся Ланс. — Но почему тогда здесь не гнездятся контрабандисты?
— Раньше они и правда сюда заходили, — сообщил Гветелин. — А сейчас предпочитают идти прямиком в Килфенор. Тамошние жители не слишком щепетильны по части контрабанды. Просто, за товар с сомнительными документами они платят поистине смехотворные цены.
— А где драконы? — вспомнил Алан.
— Полетели обедать. Теперь им вернуться легко. Было бы желание. Честно говоря, я бы предпочел, чтобы его у них не было.
— Почему?
— Я не представляю, какой нужен корабль, чтобы разместить их с относительным комфортом.
— Что-нибудь придумаем, — легкомысленно отмахнулся эльф. — Сам знаешь, в страну драконов Бони пока что не хочет возвращаться, а больше ему деться некуда.
Ланс кивнул.
— Пойдем, поплаваем перед обедом, Алан, — предложил Антонин.
Алан кивнул и побежал за Анном к воде.
Мирренцы заканчивали трапезу, когда на остров вернулись драконы.
— Раз мы все в сборе, господа, так давайте совет держать, — предложил Ланс. — Нам нужно определиться, что мы хотим, куда мы хотим и хотим ли мы вообще чего-нибудь и куда-нибудь.
Алан даже рассмеялся, услышав такую витиеватую формулировку извечного вопроса «что делать».
— Сначала подведем итоги библиотечной работы, — продолжил Ланс. — В связи с повышенным ажиотажем, сопровождающем наше пребывание в Рытвингарде, мы не успели толком обсудить наши находки. Единственное, мы условились все более или менее стоящее прихватить с собой. С возвратом, конечно, — добавил маг, покосившись на Алана. Впрочем, Алан был уверен, что последние слова Ланс произнес исключительно из вежливости. Почему-то принцу казалось более чем логичным, если Ланс объявит пару центнеров книг своей долей наследства.
Ланс обвел глазами слушателей.
— Я прихватил кое-что, — отозвался Арнольд, — но больше для ознакомления с историей людей. Ничего стоящего я не обнаружил. Так, совершенно невнятные упоминания.
Гветелин, сидящий рядом с троллем, согласно кивнул:
— Я, в общем, тоже. Единственное, у меня сложилось впечатление, что в какой-то седой древности люди владели значительными запасами металла. Куда он делся потом — история умалчивает. По крайней мере, ряд встреченных мной понятий совершенно невозможно установить без широкомасштабных экспериментов с металлургией в более или менее немирных целях.
Элистан, казалось, глубоко задумался и не заметил, что пришла его очередь говорить. Торвальд бросил на драконида вопросительный взгляд и сказал сам:
— Я искал в области медицины, потом порылся на полках с климатологией и геологией. У меня сложилось впечатление, что климат в данной части страны в один прекрасный день существенно улучшился. Это если верить людям. А если верить лизардменам, то ухудшился, вследствие миграции сюда довольно значительного количества инородцев. Это как-то связывают с планетарной катастрофой, но я не совсем понял, в чем было дело. Словом, откуда здесь взялись люди и эльфы история умалчивает.
Элистан согласно кивнул:
— Вот и у меня то же самое. Прямо-таки не жизнь, а сказка. Одни сообщают о беженцах, другие — не только о значительном изменении климата, но и вообще немыслимых вещах, в которые даже поверить невозможно. Впрочем, если действительно имело место переселение, то мог измениться и календарь. Скажем, пришлые приняли календарь лизардменов.
— Что ты имеешь в виду, Лис? — заинтересовался Ланс.
— Понимаешь, продолжительность года для людей сократилась вдвое. На мой взгляд, это попахивает катастрофой такого масштаба, после которой на планете вообще могут уцелеть только простейшие формы жизни. Или же о смене календаря. Мало ли какие у людей были фантазии?
Ланс бросил взгляд на жену.
— Я порылась в социологии, господа. И, представляете, встретила совершенно неизвестные мне понятия. Что-то о создателе мира, его посланцах, свободе воли и выбора и туманные рассуждения, что выбор, де, можно сделать только единожды, после же приходится бороться с незапланированными соблазнами. А в условиях, когда создатель отвернулся от своего народа, борьба эта невероятно трудна и непонятно для чего нужна. Мне кажется, сейчас в Лизардгории не принято рассуждать на подобные заумные темы. По крайней мере, в литературе более позднего периода я не нашла ничего подобного. Любопытно, но вряд ли это имеет отношение к предмету наших изысканий.
Антонин, сидевший рядом с матерью, поднял глаза:
— Можно сказать, что я не нашел ничего интересного. Вот разве что раньше на территории Лизардгории располагалось княжество лизардменов, республика людей, и поселение эльфов, входящее в состав чего-то большего. Правда, я не понял чего именно. Кое-где встречаются упоминания о Миррене, кое-где о каких-то других эльфийских поселениях. Кажется, на западе. Я даже ничего не взял. Настолько все это было туманно и расплывчато, что даже читать не интересно.
Ланс бросил взгляд на Алана, потом вспомнил:
