— Калинин не слишком тиранит? Давит властью? — спрашивает так, словно хорошо знает Романа. Неудивительно, Елена Сергеевна работает здесь с основания компании.
— Я научилась воспринимать его таким, как есть.
— Это хорошо. Хитрее надо быть. И не такими мужчинами можно управлять.
— Ой, ну что вы, — отмахиваюсь. — Я же не умею. Да и не поуправляешь Романом.
— Да что там уметь. Любить таких мужчин нужно.
— С проявлением чувств у нас сложно, он отвергает это понятие.
Мне не страшно разговаривать на такие темы с этой женщиной, она вызывает доверие. Хотя я, наверное, непроходимая дура. Марина и Валерия тоже вызвали у меня доверие.
— У вас существенная разница в возрасте. Роман уже заматерел, набрался цинизма. Только такие мужчины и могут содержать большие компании. По-другому никак. А ты девочка мягкая и ласковая. Подошла, обняла, в глаза заглянула, подлизалась, ластясь, как кошка. Ресницами взмахнула, глазки опустила и что-то попросила, спросила, предложила. И все, хищник уже у твоих ног, — усмехается женщина.
— Я попробую. Варенье вкусное у вас, — перевожу тему.
— Могу принести тебе баночку, раз нравится. Давай тогда работать. Господин Калинин требует отчетов.
Мы работаем до вечера. Для кого-то это рутинная работа, но мне нравится. В конце рабочего дня Елена Сергеевна торопится домой на день рождения супруга, а я поднимаюсь наверх к Роману. Он сам просил не уезжать без него.
Створки лифта распахиваются, из приемной Романа выходит незнакомый мне мужчина, здоровается и придерживает дверь, чтобы я вошла. Киваю в знак благодарности, прохожу. Секретаря нет. Уверенно иду к кабинету, открываю дверь, прохожу и застываю на пороге. Снова Валерия. Они вообще расстаются когда-нибудь? Когда я просилась на работу, то отчётливо понимала, что мне придется с ней сталкиваться. Но прятаться, как мышь, я не собираюсь.
На столе для переговоров разложенные какие-то карты и чертежи. Роман и Валерия стоят рядом, рассматривая их, что-то обсуждая. Пиджак моего мужа висит на спинке кресла, рукава рубашки закатаны, пара пуговиц на груди расстёгнуты. Валерия в топе, похожем на комбинацию, ее жакет висит на стуле. Она ведёт какую-то линию на карте. В общем, рабочая обстановка. Но я вдруг ловлю себя на мысли, что мне совсем не нравится то, что мой муж так тесно работает с бывшей любовницей.
Они синхронно поднимают головы, обращая на меня внимание. Валерия застывает с карандашом, внимательно меня осматривая. Сдержанно кивает и возвращается к карте.
— Елизавета, присядь, пожалуйста, мы еще не закончили, — сообщает мне Роман, указывая на диван. Сажусь, перевожу взгляд на окно – темно уже.
— Нет, Валерия, тут почва неустойчивая. Здание будет ходить; как следствие, разрушение фундамента. Нет.
— Ну не я эту землю купила, — фыркает Валерия. — Когда нужно было все проконтролировать, ты катался на лыжах.
Оборачиваюсь, потому что в голосе Валерии претензия. Она словно цепляет за этот отдых Романа, или меня. Неприятно.
— Слишком много на себя берешь! Есть задача – работай над ней! Все. На сегодня закончили.
Да, мой муж не ведётся на такие провокации, не думаю, что Валерия этого не понимает.
— Извини, я что-то устала, — уже мягче говорит она.
— Разберёмся с этим проектом – пойдешь в отпуск.
Валерия кивает и собирает бумаги со стола.
— Хорошего вечера, — произносит она и покидает кабинет, вновь кидая на меня взгляд.
Роман садится в кресло, устало сжимает переносицу, а потом собирается и что-то печатает, смотря в монитор.
— Еще минут десять, — сообщает он мне. Киваю. На самом деле таким мужчиной можно гордиться. Роман Калинин очень много работает. Верю, что все, что у него есть, не досталось ему легко. Поднимаюсь, иду к мужу, вспоминая слова Елены Сергеевны. Ведь он устал, а мне хочется как-то поддержать, но больше хочется посмотреть на реакцию Романа. Равнодушный человек не отреагирует, а неравнодушный…
Обхожу стол, встаю позади кресла, в котором сидит Роман, опускаю ладони на его плечи, поглаживаю, слегка массируя. Напряжён.
— У тебя проблемы из-за нашего отдыха? — тихо спрашиваю я.
— Не то чтобы глобальные проблемы. Но да, — спокойно отвечает он. Глажу его спину, подбираюсь к сильной шее, мне самой приятно это делать. Массирую. — Ты потратил время на меня и потерял деньги.
— Я потратил это время на нас.
Откидывается, прекращая печатать. Расслабляется, поддаваясь моим рукам. Смелею, скользя ладонями по его плечам. У меня очень красивый муж. Глажу его грудь, слыша, как Роман выдыхает. Он ловит мою ладонь и целует. Приятно. Улыбаюсь. Все не так плохо. У нас может получиться. И я очень хочу верить господину Калинину.
— Поехали домой, детка.
Встает с места, осматривается.
— Подожди еще пять минут. Я скоро.
Берет черную папку и выходит из кабинета. Подхожу к зеркальному матовому шкафу, поправляю волосы. Слышу, как дверь открывается.
— Хочешь, я приготовлю дома заливной пирог? Это быстро, — произношу я, оборачиваясь, полагая, что это вернулся Роман.
— Роман не ест пироги, особенно на ночь, — сообщает мне Валерия. Уверенно проходит вперед и забирает свой пиджак со стула.
