– Переспи с этой мыслью, Елизавета. И скажи мне «да». Я занятой человек, уже не мальчишка, и мне нужна жена. Именно такая, как ты, – говорит он, целует мочку моего уха, вынуждая меня содрогнуться, и отпускает. – Андрей, проводи девушку, – распоряжается он.
Водитель тут же выходит и открывает для меня дверь. Выхожу, не оглядываюсь и, словно в тумане, иду к лифту.
Елизавета
Роман велел переспать с этой мыслью. А я вообще не спала. Задремала только под утро и проспала почти до обеда. Проснулась, Верки уже нет. А хочется ей все рассказать и спросить совета.
Не готова я замуж.
Совсем не готова.
Если он слишком занят для ухаживаний, то я слишком консервативна в этом вопросе. Завтра мне нужно как-то выходить на работу, завтракать с Калининым, обедать и о чем-то беседовать…
«Мне нужна жена».
Все так просто у него. Как товар в магазине. Мне нужна жена, выдайте мне такую, как эта.
Выхожу из ванной и вдруг понимаю, что, несмотря на величие и антураж, мне совсем не нравится эта квартира. Первое впечатление прошло, и она кажется мне слишком большой и холодной.
Домой хочу.
К маме.
Внутри тревожно и неспокойно, словно надвигается что-то нехорошее. Какой парадокс. Я боялась несерьёзности Калинина, а нарвалась на брак.
Не знаю, как включается этот чудо-аппарат, поэтому делаю себе чай покрепче, вынимаю из холодильника творог, поливаю его медом, ем, не чувствуя вкуса, и гляжу на дождь за окном.
Слышу, как дверь открывается, и замираю. Понимаю, что это, скорее всего, Вера, но все равно напрягаюсь. У Калинина есть код, это, в конце концов, его квартира, и он имеет права явиться, когда захочет. А мне кажется, теперь у него слишком много прав на меня.
Выдыхаю, когда Вера проходит на кухню и ставит передо мной торт. Мой любимый, йогуртовый, с малиной. Улыбается. Прямо светится вся, словно выиграла в лотерею.
– Ты что, только проснулась? – интересуется она. – Вот ты соня.
– Ночью не спалось, уснула только под утро. У нас праздник? По какому поводу торт? – Верка склонна к полноте и следит за фигурой, поэтому сладости для нее – это великий праздник. Она хитро кивает и включает кофемашину, подставляя пару чашек.
Молча принимается распаковывать и резать торт.
– Вера. Рассказывай, – слегка толкаю ее в плечо.
– Я буду жить у Димки, – выдает она.
– Как?
– Он предложил. Его мама снова болеет. Нужно кому-то присматривать за Нютой.
– Вера… – глотаю воздух, не зная, что сказать. Я понимаю, что это для нее важно. Дима ей нравится, и это ее шанс, но… – Ты оставишь меня одну?
– Лиз, ну почему сразу одну? Мы же уже это обсуждали. Я не могу здесь жить. Но навещать буду часто. Ты только позвони, и я приду, – раскладывает торт по тарелочкам, открывает холодильник, вынимая пакет сливок. Она любит двойные сливки в кофе, поэтому всегда добавляет больше.
– Он замуж меня зовёт, – сообщаю я.
– Что? – подруга резко разворачивается, и сливки выплескиваются ей на кофту. – Черт, – ругается она, смотря на подтеки. – В смысле замуж?
– В прямом, в ближайшее время, – ложусь на руки на стол и закрываю глаза.
– Через две недели знакомства?
– Ага.
– Так, я в душ. Переоденусь и переварю эту новость. А ты подробно мне все расскажешь.
Киваю, смотря, как подруга убегает, на ходу снимая кофту. Нечего тут рассказывать, я сама ничего сообразить не могу, словно в тумане иду, а руководит мной Калинин.
В дверь звонят. Мы никого не ждем. Но я иду открывать, мало ли что. Как я поняла, попасть на территорию комплекса чужому человеку очень сложно, нужно разрешение.
Заглядываю в глазок.
Я помню этого мужчину. Он уводил меня из кабинета, когда ко мне приставал начальник. Мирон, кажется. Открываю. Высокий, внушительный брюнет лет тридцати пяти. Серьёзный, спортивный, но страха, как Роман, не вызывает.
– Добрый день, – сдержанно кивает мне. – Ваши вещи привезли.
Киваю. Да, Роман обещал, что наши вещи доставят.
– Проходите, – распахиваю дверь, мужчина входит, а следом за ним два парня с нашими сумками. В какой-то сторожевой позе Мирон внимательно следит за парнями. Внимательный, кажется, от его взгляда ничего не ускользнет. Наверное, профессионал.
– Лиз, а где мой халат? – из ванной вылетает Вера, обмотанная полотенцем. И в упор не замечает посторонних, промакивая волосы вторым полотенцем. Мирон переводит на нее взгляд и ухмыляется, откровенно рассматривая.
– Ой! – вздрагивает подруга, подпрыгивая на месте, роняя полотенце, которым вытирала голову.
– Добрый день, – кивает ей мужчина и опускает взгляд на ее грудь и голые ноги. Полотенце еле прикрывает зад подруги. – Вышли! – приказывает Мирон, и парни быстро ретируются. А Вера стоит, словно вкопанная, в растерянности хлопая глазками и смотря на Мирона.
– Вер! – привожу ее в чувства.
– Извините, – отмирает она и убегает назад в ванную. Мужчина кривовато ухмыляется. Беру с дивана халат подруги и отношу в ванную.
– Еще две коробки, и мы удалимся, – поясняет он. Киваю. – Если вам что-то нужно, мы в вашем распоряжении.
– Нет, спасибо, ничего не нужно, – отрицательно качаю головой.
Верка выходит из ванной уже в халате, с влажными волосами.
