Я вопросительно уставилась на начальницу. На сколько мне известно, прав у нее нет и машины соответственно тоже, она, что предлагает мне ехать с одним из ее любовников?
- Меня сейчас заберут, нам по пути будет.
- Спасибо, Надежда Викторовна, но я прогуляюсь, - не хотелось мне ехать в компании своей начальницы и ее хахаля.
Выйдя на улицу, я ощутила свежий морозный воздух, начало ноября, а холодно как в середине зимы. Я быстрым шагом направилась в сторону остановки, хоть время было и позднее, благодаря наличию большого количества уличных фонарей, на улице было светло как днем.
И вообще, город был довольно хорошо благоустроенным. Если в большинстве городов фонари, хороший асфальт и тротуары для пешеходов в ширину двух детских колясок, были прерогативой центра, то здесь даже на окраине царил уличный уют. Город сам по себе был не большим, если и насчитывал около пяти ста тысяч жителей, то хорошо.
Автобус пришел достаточно быстро, и что радовало, был почти пустым. Я села возле окна и увидела в окне свое отражение. Пустые, голубые глаза, каштановые волосы всегда заплетены в косу, на лице ни капли макияжа, ну кроме чуть накрашенных ресниц. Да теперь я такая. Невзрачная, серая мышь в офисе. Вечно в брюках и юбках ниже колен, и наглухо застегнутых рубашках. Мужчины не заглядываются, а женщины не считают меня конкуренткой. Да если честно мне этого не надо.
Я живу в своем мирке, который создала сама, но не по своей воле. Каждый будней день работа, а вечером телевизор и диван.
На выходных я езжу на турбазу, находящуюся в соседнем городке и катаюсь на сноуборде. Сначала было страшно вставать на такую хлипкую доску, но через год мой тренер был мной доволен и разрешал спускаться с самой высокой горы. Когда спускаешься, весь твой мир остается за спиной, единственное что находиться рядом это адреналин и чувство удовлетворения от скорости. Вот так и проходит моя жизнь. Мама уже давно смирилась с тем, что останется без внуков и даже лекции не читает мне из за этого.
Квартира встретила меня привычной тишиной. Так как я живу одна, и готовить мне бывает лень, часто после работы я довольствуюсь лишь кружкой чая и бутербродами. Этот вечер не стал исключением. Мой тихий домашний вечер прервал звонок мобильного.
- Привет, мам.
- Здравствуй, доченька. Как ты? - мама часто звонила по вечерам, наверное, все таки теша себя надеждой услышать мужской голос в моей квартире.
- Все хорошо, только с работы пришла, вы как? Как папина новая машина?
- Он говорит, летает как зверь. А мне все равно. Ритуля, тут тетя Лена приезжает, со своими детьми, помнишь их?
Тетя Лена родная сестра папы. Они жили очень далеко от нас и виделись мы очень редко, в основном общались по телефону или скайпу. У нее трое детей два близнеца Максим и Денис мои одногодки, и младшая дочь Варвара, семнадцатилетняя девица с завышенной самооценкой.
- Мама, если ты предлагаешь мне приехать на встречу родственников, то про меня забудь!- я не горела желанием общаться с этими избалованными, до невозможности людьми, считавшими себя чуть ли не королями мира.
- Ритуля, мы давно не виделись, и было бы здорово посидеть всем за одним столом, - мама явно давила на жалость.
- Мамуля, у меня работа и меня никто не отпустит когда у нас новый клиент и работы валом, - я засунула бутерброды в микроволновку и повернула ручку.
- Ты опять свои бутерброды разогреваешь? - мамулю не проведешь.
- Мам, давай без нотаций.
- Ладно, дочь, не хочешь приезжать, твое дело, но вот, что бы свои бутерброды оставила в прошлом и питалась нормальной едой, иначе я приеду и буду контролировать тебя как маленькую девочку!
Я усмехнулась, да мама ни за что не бросит свою любимую работу, она даже летом берет, теперь по две смены летней школьной площадки, так что своим приездом, она пытается меня напугать.
- Мам, ничего точно обещать не могу. Все зависит от моей работы.
- Ну, хотя бы в кафе обедай нормальной едой.
Пообещав маме изменить свой рацион, я отключилась. Если, честно, я скучала по родителям, скучала по своей комнате, по своей прошлой жизни. Иной раз хотелось все бросить и вернуться, но я знала, что не выдержу. Не выдержу, частых воспоминаний, чьих то жалостливых взглядов и сочувствия.
