Отрава Их Величества (СИ) полностью

— Я могу поклясться, что мы никаких законов до этого плаванья не нарушали! — подхватил Лю и менее уверенно добавил: — Ну… все, кроме Криса… но даже его стража Серебряного Облака оправдала.

Любопытных вокруг стола собиралось все больше. Кристофер заговорил громче, чтобы заглушить нарастающий шепот:

— Разве Небесный Свет допускает такую несправедливость? Да, нас купили за золото — так и спросите с тех, кто этот грех сотворил, а не с нас — невинных жертв их преступлений.

Он при этом, мягко говоря, невинной жертвой не выглядел. Но сомнения в клирике породил, потому как тот забормотал:

— Разобраться надобно… но если они говорят правду, то рабами их сделали незаконно…

— Уважаемый клирик! — капитан теперь не улыбался. — Мы не отпустим их! В конце концов, с Крисом никто как с рабом и не обращался! Да он тут как господин жил! Сегодня же он доказал, что отличный солдат и очень нам нужен! Про этих троих… а что мы скажем их господину, которого они обворовали?!

— За воровство выпороть нужно да украденное вернуть, — мысли у клирика все больше закручивались в правильном направлении. — Но согласно третьей поправке…

Отрава не могла поверить — неужели все было так просто: задать правильные вопросы в присутствии правильных людей? Но обрадовалась она рано. Капитан покачал головой:

— Нет! При всем уважении, клирик, я не могу так поступить. Поиск кровопийц — это указ короля! Наша граница трещит по швам. Иногда нужно поставить национальные интересы выше справедливости к кому-то конкретному!

И клирик — нет, не так — сам клирик! — сдался. Наверное, Небесный Свет такие интерпретации веры допускал. Отраве захотелось влепить ему пощечину за то, что так просто от своей истины отказывается! Ее разбирала злость — всегда тем мощнее, чем ближе была надежда. Он теперь говорил только о незаконном пленении троих, избегая упоминаний о кровопийце. Но голос Кристофера оставался спокойным:

— Тогда выход один — везите нас к королю. Раз дилемма между истинной верой и национальными интересами неразрешимая, то не будьте такими самоуверенными, чтобы принять на себя выбор.

Еще через полчаса споров с этим вариантом вынуждены были согласиться все.

— Кадж, ты собираешься неделю продержать меня под сдерживающими заклинаниями, а это не слишком-то приятно. Как думаешь, сделает ли это меня послушным?

Заклятия с ворот уже снимали, а путники рассаживались в повозки — целый отряд солдат во главе с капитаном, четыре пленника и, конечно, клирик Камыш, отделаться от общества которого Отрава в этой жизни уже не рассчитывала. Он не мог отказать Кристоферу в искренней мольбе сопровождать его в пути. Тот так и выразился: «Эти неучи-солдафоны не смогли мне объяснить ничего толкового о Небесном Свете. Прошу, вы мой последний шанс». Клирик, очевидно, решил, что речь идет о шансе найти дорогу к истине, но Крис явно имел в виду нечто другое. Он уже с помощью монаха получил, что хотел, собирался его использовать и дальше. У Отравы, Лю и Наньи не было ни единой возможности разузнать, в чем же конкретно состоял план. Их держали взаперти два дня и только теперь выпустили, когда пришло время отправляться. Нанья вернула им натуральную внешность — какой теперь смысл скрываться?

А сейчас Кристофер выторговывал еще и отсутствие сдерживающих чар. Отрава сомневалась, что это возможно, но ошиблась:

— Я и не собирался, Крис! Как бы то ни было, мне гораздо лучше считаться твоим другом, чем врагом. Ведь только это не позволило тебе сбежать при Индире!

Светлая бровь Кристофера приподнялась на толщину волоска:

— Ого. Значит, ты нашел другой способ подстраховаться?

— Конечно! — капитан был привычно весел. — Ведь побег твой мне тоже невыгоден. Поэтому кудесники сделали кое-что, — он вытащил из-за пазухи коричневый ошейник — такие на дворовых собак надевают. — Если дернешься, то стоит кудеснику щелкнуть пальцами — и голову оторвет!

— Мне? — не понял кровопийца.

— Зачем же тебе? Ты у нас ценный гость! Тому, кого ты хотел найти больше остальных. Если уж тебя это не остановит, то не остановит вообще ничего.

Отрава не пошевелилась, когда Кадж подошел к ней и почти нежно нацепил на шею заколдованную безделушку, попутно извиняясь:

— Прости уж, Отрава! Ты должна и сама знать, что вашему дружку доверять нельзя.

Пока он застегивал кожаный ремешок, Отрава смотрела в глаза Кристоферу в поисках объяснений, но на этот раз эмоций расшифровать не сумела.

Правда, когда их разместили в одной крытой повозке — а те были достаточно большими, чтобы вмешать по восемь человек — вопрос задала Нанья:

— Так ты извращенец или нет, Крис? Мы уже с тобой навсегда слиплись, поэтому можешь признаться без опаски!

Он промолчал.

— Значит, хотел Отраву найти больше остальных? — отчего-то очень искренне улыбался Лю. Наверное, просто радовался, что все до сих пор живы-здоровы. — А я не удивлен!

— Негоже смеяться над душевными порывами других людей, если они искренни и не греховны! — загундосил клирик и тут же лупанул Лю по плечу — все возвращается на круги своя.