Пока Лив повторяла за Адамом и проверяла капельницу, он отодвинул шторку и вышел из палаты. Манипуляции, проводимые при поступлении пациента, оставляют особый отпечаток в памяти. Ведь за весь процесс — это наихудшее состояние, в котором находится человек. За исключением некоторых случаев, как этот. Двойной диагноз с набором определенных особенностей тяжело дается контролю, он скорее уступает, но никогда не подчиняется. Устраивает свои западни, открывающиеся под конец. Извивается в попытке выжить, уничтожая на пути.
Не дожидаясь пока Лив закончит с процедурами, Райт оказавшись в коридоре направился к металлическим дверям. Достав из кармана, переложенные из брюк карточки. Банковские, парковочные все они были промокшие, но также исправно работали. Приложив пропуск в отделение, прозвучал сигнал активации и загорелась зеленая лампочка на прямоугольнике в стене. После щелчка, Адам открыл дверь и попал в еще более светлое помещение.
Прямо за дверью располагался холл с постом. Несколько маленьких экранов, через которые охранник наблюдал за происходящим. 2:44 Зеленые цифры на сером фоне отображали электронные часы на стойке. Здесь могли находиться только сотрудники больницы. Отсюда вело два коридора. Один в отделение интенсивной терапии, там располагались мужское и женское крыло. Зона отдыха с телевизором с ограниченным количеством программ. Небольшой книжный шкаф со всевозможными авторами и пианино, что настраивалось раз в год. Кабинет практикующего психиатра дальше от всех комнат и место общей терапии без стульев. Процедурная закрывающаяся на замок и комната из плитки с душевыми. Отдельный выход на улицу и в спортзал, который всегда пустовал.
Поздоровавшись с мужчиной за постом, Райт направился во второй коридор, который вел в терапевтическое отделение. Именно там Джейд виделась, по крайней мере должна была, каждый вторник и субботу, если не брать пропущенные сеансы. Пройдя стойку администрации, где никого не было, он свернул в сторону своего кабинета. Еще влажные ключи в кармане холодили. Войдя и увидев родную обстановку, Адам почувствовал насколько сильно устал. Глаза болели, а шея требовала расслабления. Начинающийся гул в ногах, еще не поднялся к коленям. Не останавливаясь, он включил приглушенный свет и подошел к стеллажу с папками.
Оригиналы дел очень редко покидали его кабинет, только если требовалась брать их домой для работы. Взяв дело Джейд, он разместился не в привычном кресле, а напротив. Для лучшего хода мыслей Райт занял место, где обычно сидели пациенты.
Раскидав ключевые заметки вне хронологии, он принялся анализировать их, с другой стороны. Поскольку все это время Джейд вела игру, то не стоило недооценивать ее умение. Она открыто изменяла свои показания, придумывала эмоции, но это было поверхностно. Ей хотелось, чтобы под прозрачной завесой Адам прочитал настоящее. Редактировать, проговаривать в голове по несколько раз уже сказанное или заранее обдуманное для нее считалось естественным.
Подбирая бумажки, вырванные листки из блокнота и крошечные пометки с мыслями, он складывал их вокруг новой. Многострочные слова, о нем самом, как выразилась Джейд, найденные в игрушке, не поддавались анализу. Кричащие слова Джейд, на блоке стикеров, что Адам дал для записей.
“Плохо. Ужасно. Больно. Как же больно внутри. Постоянно. Всегда.”
“Слышу их. Они бегут. Не замолкают. Я не могу думать. Не могу жить. Не могу существовать.”
Зашкаливающие эмоции, которые она испытала в моменте, душили. Это становилось понятно по однословным предложениям и точкам. В попытках выражать себя, на сеансах Джейд также их использовала довольно часто, и рассказывала, как они ей мешают, заполоняя повседневный поток мыслей. В предыдущих записях, они имели другой характер, ведь брали источник в специфичной работе мозга, то здесь она описывает привязанность.
“Голоса? Нет. Мои собственные мысли.”
“Сжигают. Убивают”
Прочитав последнюю строчку, Райт отложил в сторону листок. Ее сознание не способное избавиться буквально кипело от Адама. Не просто на уровне влечения, это сравнимо с зависимостью, на которую она практически подсела в попытке потушить тягу.
Отсутствие определенного внимания со стороны мужчин, возымело определенный шаблон в голове. Забота, свойственная с его стороны как врача, для нее катализатор. И при любом внимании, заходящим в эти рамки, срабатывал сигнал. А дальше Джейд не справлялась. Зачастую под вечер эффект усиливается и его могла сбить только разгрузка. Так она начала видеться с Трипом, употреблять и создавать условия, для перенаправления эмоций. Но, как и температура, на следующий день все повторялось.
Встав с дивана, Райт подошел к закрытым дверцам шкафа и достал одеяло с подушкой и сменную одежду. Ежедневное время работы не превышало допустимого, но он зачастую оставался допоздна, читая книги или прорабатывая ход терапии для пациентов. Переодевшись в темные домашние вещи и подготовив место, он закрыл дверь изнутри и лег.
