- Я вытащила её из лифта и, в надежде потянуть время, собиралась отнести в ближайшую комнату, там предложить стакан воды с зельем, но на неудачу встретила Аластора Грюма.
Вспоминая это, я вновь почувствовала некую мнимую резь в области живота, ведь ноша была тяжелой, да еще и форс-мажорные обстоятельства подстегивали ранение вновь открыться. Ноги подкашивались от страха быть раскрытой.
- Ну, естественно, он решил помочь очень несвоевременно, – закатила глаза я. – А на деле просто вышвырнул и сам занялся ей. То, что миссис Уэмпшир так и не дошла до мужа – это чистый фарт, даже не знаю, как так получилось.
- Фортуна действительно была на твоей стороне. Еще один вопрос: почему конвоиром был Бруствер, а не ты?
Я ухмыльнулась.
- Та самая Фортуна и тут отвела от меня беду, Грюм наказал идти домой, он с утра заметил мое недомогание, – усмехнулась я. – Честно говоря, когда процесс закончился, я ожидала увидеть ликующую толпу во главе с маразматиком Фаджем, в общем, полный провал…
- Ладно, можно сказать ты фактически не приложила усилий.
- На что это вы намекаете? – ехидно спросила я, сощурив глаза.
Люциус игриво поставил ладони перед собой, словно говоря: «Все, молчу, молчу…».
- Ни на что, ты героиня и заслужила все лавры.
Мой рот растянулся в хитрой улыбке.
- Вот так-то.
- Но куда ты пропала?
Лорд Малфой беспокоился о моем отсутствии, что ж, очень приятно.
- Как приказал Аластор, я отправилась домой лечиться, так, чтобы Гормуса видели уходящим. Вернувшись, конечно, не пошла на процесс, к моему удивлению он продлился недолго. Ну, что ж, теперь ваша очередь рассказывать, как все прошло.
Он коротко пересказал о ходе слушания, заостряя внимание на реакции Джейн и зала. Фадж был обескуражен, обезоружен таким финалом, оно и понятно, теперь толпа прилюдно обезглавит царя на главной площади под пушечные залпы. Фанфары гудят в мою честь. А рот рассказчика с упоением подавил несколько коротких аристократичных смешков.
- Вы переживали за меня? – спокойно спросила я.
- Признаться, я был немного встревожен твоим отсутствием.
Я поднялась с дивана, подтягивая свисающие штаны.
- Пора завершить последний пункт, избавиться от Маршала.
Ухмылка на мужских губах.
- Я уже позаботился об этом, – коротко сказал он.
- Серьезно? Очень мило с вашей стороны, Люциус, – улыбнулась я. – Проблем не возникло?
- Нет, я быстро с ним справился, сделал так, как договаривались.
- Что ж, спасибо, что избавили от лишней заботы.
~~
Признательность, он сделал нечто полезное и был рад видеть на её лице благодарность. Аллегра заслужила небольшой отдых, заслужила сложение мелкой неприятной обязанности избавляться от аврора, но она упорно разговаривала с Люциусом на «вы», когда он перешел на более свободное общение.
Аллегра опустилась обратно на софу и отпила виски. Такое странное ощущение, ему вдруг стало приятно ее общество, просто необходимо, потому что она живая, непохожая на Нарциссу, молодая, интересная, энергичная. Он возжелал ощутить её не только коллегой, другом… Что-то засвербело в позвоночнике, прошло колкими мурашками по спине и спустилось к стопам. Желание – простой человеческий инстинкт, натянувший внутренности, готов был вырваться наружу, потрогать, попробовать на вкус розовые губы, провести по аккуратным скулам. Невольно представил, как расстегивает одну за другой пуговицы на мужской рубашке, скрывающей тонкое, изящное девичье тело, мягкую плоть окружностей. Люциус захотел оказаться в ней, почувствовать власть над бесценным даром, именуемым музыкальным именем Аллегра. Кожа воспламенилась от одной мысли, что тонкие пальчики будут скользить по его спине, нежно царапать в порыве страсти. Он желал игриво целовать маленькие уши, играться с яремной впадиной… Как потушить порочную искру? Как усмирить похоть, исчерпать мысли об изгибах талии и бедер? Невозможно остановить разум в погоне за первобытными чувствами, стараться отогнать желание – значит углубиться в него еще сильнее. Недосягаемая, молчит о долге, соглашении…
Все изменилось, дело, провернутое в благодарность, отмело очень важное условие выполнения. Как же так? Именно сейчас он действительно готов был выполнить свою часть сделки, сделать это с вопиющим удовольствием, сжать в объятиях хрупкие плечи. Наверное, его взгляд раздевал девушку нескрываемо, но она была увлечена рассказом о походе в Отдел по работе со СМИ или попросту игнорировала волну эмоций, адресованную её телу. Да и разум её прекратил детский лепет, ей не нужен был секс, когда Люциусу он стал просто необходим. Наброситься на бесценное создание прямо сейчас, взять её на узкой софе, никаких приличий, предрассудков. Как сладка одна мысль об обнаженной желанной женщине в твоих руках. Болезнь, излечиваемая только методом: «клин клином». Температура в комнате словно подскочила, давно он не испытывал подобных ощущений, агрессивного, но терпкого желания со вкусом… Аллегры. Но похотливые странствия разума и тела внезапно отступили, он почувствовал, как начинает саднить предплечье…
