Такое отношение могло заставить её взбелениться, однако Аллегра неловко кивнула и прошествовала мимо зельевара к камину, отчего-то решив позволить Люциусу вправить мозги Снейпу. Странно, обычно повелевать собой она никому не позволяет. Аллегра исчезла в языках зеленого пламени, отбросившего свет на Северуса, превратившего его лицо в змеиную маску.
— И давно ты «опекаешь» её? — усмехнулся Снейп, намеренно трогая опасную почву.
Люциус смерил его уничтожающим взглядом.
— Мне стало вдруг интересно, с каких это пор ты суешь свой крючковатый нос не в свое дело? — в том же тоне ответил он.
Северус прислонился к камину, и тряхнул головой, отгоняя наползшую на лицо прядь волос.
— Так значит, это правда, — голос Снейпа выдавал очевидное. — Я думал, что ты более избирателен в женщинах, дорогой друг.
Еще мгновение, и Люциус готов был снова достать палочку и снести башку ненавистному сопернику. Это завуалированное оскорбление было ударом ниже пояса. Возможно, Северус намекал на её возраст, но, тем не менее, яд в его словах можно было расценить личной обидой. Снейп-забияка, просто немыслимо видеть его в этом амплуа! Продолжать ли обмен любезностями?
— В отличие от тебя я не сохну по дохлым грязнокровкам, Северус, — надменно изрек Люциус, опираясь на трость и улыбаясь.
Эта словесная дуэль не должна перерастать в физическую, иначе Тёмный Лорд будет ой как недоволен, что его слуги грызутся по таким забавным поводам как ревность и полнейшая антипатия. Вести себя как мальчишки, устроить побоище, нет, они оба были выше этого и попросту не того возраста, да и потом, какой из Люциуса рыцарь, защищающий честь своей девы? Хотя, конечно, со стороны это выглядело именно так и именно таких реакций и добивался «злодей», дабы уличить оппонента в ненадлежащей связи с молоденькой дочкой сюзерена, которому они оба когда-то являлись друзьями. Северус, естественно, выступал в роли этого злодея, плетущего интриги по поводу и без. Антракт на полтора года затянулся, и вот сейчас начинается сиквел к истории неразделенной любви юной феи и злого колдуна, опорочившего ее честь…
Снейп скривил мину.
— А я то думал, Люциус, с чего вдруг твое отношение ко мне резко изменилось? — закатил глаза мужчина и саркастично добавил. — Мучился, ночами не спал, пытаясь разгадать эту головоломку.
Тот прошествовал к дивану, немного примятому после Её вторжения и величественно сел, сложив руки на трости.
— Ну, теперь, эта головоломка разгадана, так что прошу, Северус, — натянуто произнес Люциус. — Не трогай её, не приближайся к ней. Как у тебя совести хватает донимать её после того, что ты сделал?
Интонации разговора перешли в дружеские, но, то были только интонации, скрывающие под собой целый пласт неприязни. Снейп в «недоумении» схватился за подбородок, взглянул на беленый потолок, а затем резко перевел взгляд на Малфоя.
— Мне казалось, она благодарна мне за то, что наконец нашла «свой путь».
— Ты переигрываешь, Северус, — сказал Люциус серьезно. — Ты отравил девушке жизнь.
Снейп вновь усмехнулся, наверное, исчерпал дневной запас противных ужимок.
— Я смотрю, ты стал для неё действенным антидотом, идеальным противоядием от всяких навязчивых идей.
Этот разговор вмещал в себя столько ехидства, что Лорьен мог бы только позавидовать. Люциус строго посмотрел на картину своей дальней родственницы, и та сразу же притворилась спящей, выронив один из нарисованных васильков из корзины.
— Осторожнее с выражениями, Северус. Ты, я смотрю, и представить не можешь, что пережила Аллегра из-за того, что ты с ней сотворил.
— Ну, Слава Моргане, от неё отлипла идея затащить меня в постель. Клин клином, Люциус… — развел руками Снейп.
— Ты неблагодарный идиот, — вскипел Люциус, изо всех сил сжимая серебряную голову змеи в попытке выровнять пульс.
Снейп саркастично отвел взгляд в сторону.
— Насколько я понимаю, ты в курсе того, что эта маленькая дрянь натворила полтора года назад. За что я, по-твоему, должен быть благодарен? — решив, что ходить вокруг, да около, стоит прекратить, произнес Северус. — За эту полоумную любовь, граничащую с суицидом и идеей рыться в моих личных вещах?
— Мерлин с тобой, я не об этом, Северус,— сдерживая агрессию, устало проговорил Люциус. — Девочка уже дважды спасала твою шкуру.
Лицо собеседника изменилось. Мгновенно взгляд потускнел, и возможно его пульс тоже участился. Имел ли право Люциус рассказывать что-то сокровенное для Аллегры? Он просто хотел избавить её от этого демона. Пускай он сам поймет всё. Снейп обязан отвязаться, более того, Люциус будет считать этот разговор своей личной победой, к которой уже ведет непонимание на лице собеседника. Северус должен понять, что все её маски ненависти — лишь показное, её чувства снова отпугнут его.
— Позволь напомнить тебе Рождественский рейд и того прыщавого парнишку, что загородил тебя от проклятия, — Люциус сосредоточенно разглядывал лицо зельевара, словно застывшее вне времени. — Что ж, видимо вспомнил.
Малфой поднялся с кресла, намереваясь уйти.
— Этого просто не может быть…
— Может, Северус, может…
