— Пойду готовить окно. Время… Ты, паря, зря мозги не мучай. Все одно всего не усмотришь. Это тебе не в шашки-шахматы играть, переставлять фигурки… Начнем, а там будет видно: утонем либо выплывем.
Охранник проводил великана подозрительным взглядом. Когда Дмитрий зашел в туалет, остановился возле дверей. Ушей под колпаком не видно, но мне кажется — шевелятся.
Прошло пять минут… десять… Дмитрий не появлялся. Боевик загрохал кулаками по дверной филенке.
— Эй, ты, козел вонючий, слазь с унитаза! Или хочешь, чтобы я прочистил тебе задницу?
Дверь открылась.
— Извини, друг, с желудком неладно…
Успокоенный бандит невнятно пробурчал о дерьме, которым мужик забит по горло, и двинулся по привычному маршруту в сторону вестибюля. Грузчик спокойно, будто не было короткой словесной стычки, сел рядом со мной.
— Нормально, — буркнул он, глядя в сторону на пацаненка, хныкающего на руках у матери. — _ Выковырял гвозди, проверил — рама открывается… Я, конечное дело, не пролезу — формат велик, а ты и баба — запросто.
Снова — ожидание. До того мучительное, что подрагивают руки и кружится голова. Наконец, стрелки на наручных часах заняли предназначенное для них место.
Пора!
Взял на руки невесомую Ленку и медленно двинулся к входу в туалет. Женщина положила голову на мое плечо, закрыла глаза и побледнела. То ли от напряжения, то ли демонстрируя обморок.
— Куда вдвоем? — прохрипел охранник. — Сказано было — по одному!
— Женщине плохо, — трагическим тоном пояснил я. — Напою водой, протру виски — оправится…
— Вставил бы ей… — бесстыдно выматерился парень. — Мигом бы оклемалась.
Я ощутил дрожь, пробежавшую по телу Лены. Испуганную и брезгливую.будто её окатили помоями.
Держись, милая, не поддавайся, все выдержим, стерпим любое хамство, но избавимся от ада, в которую бандиты превратили мирную больничку… Терпи… Издай несколько стонов, авось подонок убедитсся — обморок.
Крымова, будто услышала мою мольбу — жалобно застонала.
— Ладно, двигай, — отступил бандит, освобождая дорогу. — Только недолго — не у одной твоей шлюшки прорезался понос. Половина больницы от страха мается.
Войдя в умывальную, я хотел было накинуть крючок, но охранник не позволил — ввалился вслед за нами, поигрывая автоматом, прислонился плечом к стене. Видимо, не потому, что опасался побега — просто интересно парню, как я стану выводить женщину из обморочного состояния.
Первая «закорючка», не предусмотренная планом операции. Заподозрит бандит неладное — она вполне может стать последней. Прав грузчик — все предусмотреть невозможно.
Что же делать?
Помог Дмитрий. На цыпочках вошел в умывальную, осторожно прикрыл за собой дверь. Пудовый кулачище опустился на голову бандита. Тот по детски всхлипнул и рухнул на пол.
— Давай, паря, поспешай!
Подготовленная рама легко открылась. Лена без напоминания скользнула в узкое окно. Я приглашающе протянул руку.
— Твоя очередь, Дима, я прикрою…
— Ясно ведь сказал: не пролезу, — сердито пробурчал грузчик. — Не тяни кота за хвост — поцарапает… Держи! — бросил он мне бросил мне автомат охранника. Набросил ржавый крючок и всем телом навалился на дверь. — Поспешай, паря, как бы нам не оплошать!
Обеспокоенный исчезновением напарника «вестибюльный» охранник барабанил в филенку.
— Открой, падло! Слышь, открой! Что ты в унитаз провалился, паскуда дерьмовая? Не откроешь — стреляю!
— Давай, Славка, не задерживайся… мне долго не выстоять. Как друга, прошу!
Выхода не было — либо погибать вдвоем, либо — одному… Нет, двоим. Подстрелят меня — неизбежно погибнет Ленка.
— Прощай, Митя, — обхватил я руками широченные плечи грузчика. — Бог даст — свидимся…
— Обязательно свидимся, — ухмыльнулся он, подтолкнув меня к окну. — Поцелуй бабенку — хорошая она у тебя, не забижай…
Я выбрался в окружающий больницу парк. Лена ожидала, прижавшись к шершавой стене барака. Позади грохнула автоматная очередь. Не дождавшись ответа, террорист располосовал дверь пулями. Подтянувщись, я увидел — все ещё улыбаясь, грузчик осел на пол. Из простреленной груди — фонтанчики крови.
Задерживаться нет смысла — Дмитрию уже никто и ничто не поможет. Пока бандит с помощью подоспевших товарищей пытаются отодвинуть грузное тело убитого и ворваться в туалет необходимо убраться подальше.
Метрах в двадцати от больничного барака — заросли кустарника. Перед ним — голая полянка. На ней мы с Леной превратимся в мишени.
— Прижимайся к стене… Пойдем к углу…
Медленно двинулись вдоль фасада.
Неожиданно в туалетное окно выглянул боевик.
— Вот они! — заорал он, направив на нас автоматный ствол. — Сейчас отправлю на небеса!
Все кончено… Укрыться негде, добежать до спасительного кустарника не успеем… Сейчас автомат выплюнет десяток свинцовых пуль и закончится дурацкий отпуск незадачливого сыщика.
