От второго бокала вина ее щеки порозовели. И я продолжал наслаждаться происходящим, даже когда мы вместе убрали со стола. Я больше чем наслаждался, потому что это казалось таким привычным. Словно мы проводили так каждый вечер. Хотя чему особо было радоваться – я-то уже успел перемыть посуду у себя дома… Но все равно это было здорово.
Кэт вышла за мной в холл. И когда я переместил коробку в гостиную, глаза ее засияли. Усевшись на диване, девушка стиснула ладошки и с любопытством уставилась на меня. Какая же она милая. Чертовски милая. Я даже не представлял, насколько.
Я с глубоким вздохом вытащил из коробки первую мохнатую ветку и ткнул ею в Кэт.
– Кажется, у нас есть рождественская елка, и ее надо установить. Хотя парад мы уже пропустили, еще успеваем посмотреть «День Благодарения Чарли Брауна»[10], что вроде тоже неплохо.
Кэт снова открыла рот, и глаза ее подозрительно заблестели. Вскочив с дивана, она выбежала из комнаты.
Оторопев, я уставился вслед, потом, отбросив ветку, метнулся в коридор и возник перед девушкой, которая испуганно отпрянула и попыталась отвернуться, но я схватил ее за руки.
– Кэт, я не хотел довести тебя до слез.
– Знаю, – всхлипнула она. – Просто…
Вот черт. Я совсем не это планировал. Мне хотелось ее порадовать, заставить улыбнуться. Показать, что, даже потеряв отца, Кэт может сохранить дорогие ее сердцу традиции.
– Что просто? – Я взял ее лицо в ладони и вытер ее слезы. – Котенок?
Плечи Кэт все еще вздрагивали.
– Думаю, ты не представляешь, насколько… все это для меня важно. – Слезы снова покатились по ее щекам. – Последний раз я наряжала елку, когда… папа был еще жив. Извини, что плачу, но это не потому, что я расстроилась… Просто я такого совсем не ожидала.
Проклятье.
После этих слов меня будто под дых ударили.
Конечно, я предполагал, что все это для нее значит, но увидеть ее слезы оказался не готов.
Я притянул Кэт к себе в объятья и закрыл глаза, а она уткнулась лицом мне в грудь.
– Все хорошо, я понял. Это хорошие слезы от хороших эмоций.
Девушка промолчала, но обняла меня в ответ, и в этот момент я почувствовал, как тело ее обмякло в моих руках. Кэт расслабилась, словно все это время находилась в напряжении. А я наслаждался моментом, впитывая его, будто солнечное тепло после зимней стужи.
Потом Кэт обхватила ладонями мое лицо и притянула к себе. А когда она меня поцеловала, сердце мое на мгновение остановилось. Этот мимолетный поцелуй закончился быстрей, чем хотелось бы, но он меня буквально потряс. До глубины души.
– Спасибо, – срывающимся голосом проговорила она. – Я не шучу. Спасибо тебе.
Мне стоило невероятных усилий не соединить наши губы снова. Взяв себя в руки, я вытер с ее лица последние слезы.
– Только не говори никому, что я умею быть милым. Мне нужно поддерживать свою репутацию.
Кэт рассмеялась.
– Ладно, давай займемся делом.
В тот вечер, когда я с Кэт наряжал елку, все для меня становилось новым. Оживленная и милая, она старалась прикоснуться к каждому елочному шару, дотронуться до каждой гирлянды. Иногда она начинала смеяться. Иногда быстро отворачивалась, желая скрыть, как затуманились и наполнились влагой ее глаза. Чтобы не смущать девушку, я старался делать вид, что ничего не замечаю, и она быстро справлялась с эмоциями.
Взяв ярко-зеленый шар, Кэт взглянула на меня, потом на игрушку и усмехнулась. И мне захотелось узнать, что же творится у нее в голове. К тому времени, как елка была наряжена, я даже устал, но оно того стоило. Кэт разглядывала результат наших усилий с самой широкой и прекрасной улыбкой, какую я когда-либо видел.
– Великолепно, – объявила она.
Елка немного клонилась набок, но раз Кэт нравилось, то и я был доволен.
– Да, неплохо получилось. Сегодня утром Ди тоже нарядила елку, но выбрала все игрушки одного цвета. Думаю, наш вариант лучше. Словно дискотечный шар.
Кэт улыбнулась еще шире.
Я слегка толкнул ее плечом.
– Знаешь, а мне понравилось ее наряжать.
– И мне.
Я опустил глаза.
– Уже поздно.
– Да, конечно. – Девушка замолчала, на лице появилось напряженное выражение. – Хочешь остаться?
У меня точно начались галлюцинации. Или она действительно только что это предложила?
– Не пойми меня неправильно, я ничего такого не имела в виду, – поспешно добавила Кэт.
– Даже если бы имела, я бы возражать не стал. – Я уставился в пол. – Ни за что.
Девушка закатила глаза, но ее лицо залил прелестный румянец, а мой пульс… мой пульс просто зашкаливал. Внешне я сохранял спокойствие, но мысли бешено неслись вскачь.
– Пойду переоденусь, – предупредила Кэт.
– Помочь?
– Ого, Дэймон! Это так мило.
– Ну, нам обоим понравится. – Я не смог удержать ухмылку. – Обещаю.
Кэт еще больше покраснела.
– Сиди здесь.
Я продержался самое большее минуту. Мне всегда было трудно контролировать свои порывы. Хотя нет – трудности возникали, только когда дело касалось Кэт.
Я бесшумно взлетел по лестнице прямо в ее спальню и подошел к окну. Кэт была в ванной. Показавшись оттуда, при виде меня она замерла на пороге, и я тут же усомнился в мудрости своего поступка, потому что просто ошалел от вида тонкой футболки на ее теле.
