- Не могу забыть, как Игорь расправился с тем кинетиком у магазина красок. Он его даже не убил, а зарезал. Человека - как козленка. Быстро и… как-то задорно, что ли. «Так, друзья, я освободился, кто тут следующий в очереди на мой нож?»
- О-о-о, наш бунтарь – особый случай, - протянула Инга. - В реальном мире он был абсолютным заморышем. Его чморили в школе, потом чморили в универе, потом чморили на работе. А в Отражении он уже не толстяк, а богатырь. Растет сила, приходят новые способности – он радуется этому, как щенок. У Бахуса, кстати, похожая история. Таким и не надо в реальный мир, они тут чувствуют себя комфортно.
- Ты-то хочешь в реальный мир? – подошел ближе к автомобилю и облокотился о крыло.
- Больше всего на свете. Неужели ты наконец поверил в Настоящее Зеркало? – прищурилась Инга.
- Конечно, нет, - отрезал я, глядя прямо в красные глаза девушки. - Думаю, у Артёма просто есть способность залезать в голову и «включать» иллюзии – вроде тех, что запускает Игорь.
Инга нахмурилась. Очевидно, ей следовало бы отдать меня под суд за очередную «ересь». Но она безапелляционно заявила:
- Иллюзии у тебя в штанах.
Помолчали. Спросил, чтобы оживить разговор:
- Что ты будешь делать в реальном мире?
- Детей заведу, - быстро ответила Инга. – Не получится родить – тогда усыновлю, удочерю. Люблю детей, а тут им места нет.
С любопытством посмотрел на собеседницу, пытаясь понять, шутит ли она.
- Что, не веришь? – с некоторой обидой спросила девушка.
- Слишком много раз видел в твоей руке мачете, чтобы легко представить там бутылочку детской смеси.
- Дома я не такая. Как там в мультике? «Я почему вредный был? Потому что у меня велосипеда не было»… Ну, а ты чем займёшься, когда вернешься?
- Буду красить автомобили, как и раньше. Скучаю по своей мастерской. Только тут понял, что это не просто заработок. Мне по-настоящему нравится. Нравится не крушить, а восстанавливать. Нравится выполнять свою работу так хорошо, чтобы потом при продаже автомобиля никто бы не догадался, что тут был маляр…
- Извини за прямоту: и всё? – слегка разочарованно спросила Инга. - Ты не скучаешь по близким? У тебя есть, куда возвращаться?
- У меня в запертой квартире без еды остался кот Трикотаж. Это да, серьёзно парит.
- Понятно, ты весь такой одиночка. Романтический герой. Родители-то есть у тебя?
- Есть, но мы в последнее время нечасто общаемся. Не уверен, что они заметили мое исчезновение.
- А девушка?
- Нет у меня девушки.
- А почему? В чём проблема? – наседала Инга.
Неожиданно для себя отчетливо понял, в чём именно. За последние дни я так часто наблюдал смерть, слышал её запах и кожей ощущал её близость, что из сознания выветрилось всё наносное, искусственное. Ушли все вещи, которыми я хотел удивить, впечатлить окружающих; осталось только то, из чего я реально состою. Это ощущение можно было сравнить с тем, как будто я впервые посмотрел на себя в зеркало. Ответ на вопрос Инги сформировался так ясно и отчетливо, что я сразу его выложил.
- Моя основная проблема в том, что я никого не любил. Тянулся к девушкам, потому что хотел что-то доказать – себе, окружающим, самим этим девушкам. К кому-то испытывал нежность, граничащую с умилением, к кому-то – некоторое озлобление, желание проучить. Кого-то я просто хотел. Кого-то и не хотел вовсе, но как-то так оно складывалось. Словом, вокруг меня не было ничего, похожего на настоящую любовь. Все эти свидания, планы по построению семьи и даже…
- Что – даже? – тут же ухватилась Инга. Оказывается, она слушала меня с напряженным вниманием.
Промолчал.
- Ты довольно закрытый, Алексей. Местами это интригует, местами – озадачивает. Что там у тебя произошло в реальном мире? – Инга изо всех сил сканировала меня своими большими глазами. – Что ты там натворил?
- Ты ищешь какую-то тайну, а её нет, - пожал плечами и пошел прочь.
***
Новый дом был не очень-то гостеприимен. В казармах текла крыша, и в воздухе стояла чавкающая липкая сырость. Ребята нашли пару сухих помещений, перетащили туда свои вещи. Расположились на полу на каких-то тряпках. Выглядело это чуть хуже, чем в ночлежке для бездомных.
- Раньше мы жили на заводе, и он был похож на военную базу, - философствовала Маша. - А теперь переехали на военную базу. И она похожа… Не знаю на что.
- У нас дефицит оружия. Ещё более сильный дефицит боеприпасов. И ещё более сильный дефицит людей… - констатировал Антон.
- Оружие скоро возьмём, - задумчиво проговорил Артём.
- И где же? – подал голос Игорь, который лежал, подложив под голову сумку с патронами.
- А где больше всего оружия? На Винзаводе, - невозмутимо ответил Артём.
- Вот так придём и купим? – покачал головой Игорь.
- Разве я сказал - «купим»? – широко улыбнулся Артём. – Придём - и возьмём. Антон прав, стрелков у нас немного. Зато есть автомеханик.
Артём позвал меня поговорить наедине. Мы выбрались в длинный тёмный коридор, заполненный сыростью. Капли, падающие с потолка, отзывались оглушительным эхом. Артём шагал впереди и помалкивал.
- Куда мы?
- Терпение.