— А что на счёт регенерации? — Сэм показал пальцем на порванный рукав, где должна быть серьёзная рана.
— Не знаю. Сейчас проверим.
Аарон вытащил клинок родной матери и провёл лезвием по ладони, рассекая кожу. Немного поморщился и глубоко выдохнул. Порез затянулся мгновенно, как и ожидалось.
— Никогда такого не видел. Невероятно, — поражался Сэм.
— Может всё таки у нас есть шанс на победу, — Аарон печально понурил голову. — ВИНГИ сказал, что у меня будет достаточно сил, чтобы убить того, кто убил моего отца. И я сделаю это! Отомщу!
— Не забудь и про моего отца, когда будешь мстить.
— Ты скучаешь по нему.
— Каждый день. Перед глазами постоянно мелькает его добрая улыбка. И где-то в глубине души я продолжаю верить, что он жив и здоров. Может он покинул эту чёртову посудину…
Сэм замолчал, ощутив привкус соли на губах. Под намокшими глазами появились горькие слёзы. Он не мог продолжать говорить об отце. Слишком трудно возвращаться в прошлое. Словно всё приходится переживать заново, когда разные события обрывками всплывают на поверхности океана памяти. И от них нельзя скрыться или сбежать. Только временно заглушить. И смириться с тем, что ничего уже не исправишь.
— Может быть, Алазар и самое сильное существо на планете, но у него нет того, что есть у нас, — он посмотрел в глаза Сэму. — Поддержки. Он одинок. И умрёт в одиночестве.
— Но что, если во всех его действиях кроется смысл, о котором никто даже не догадывается? Нам просто страшно предположить, что происходящее может иметь логическое обоснование.
— Сэм, в любой истории есть герои и есть злодеи. Но знаешь, что общего между двумя абсолютными противоположностями?
— Заинтриговал.
— В глазах злодеев герои — это настоящие злодеи. Каждая сторона верит в свою правду.
— Хочешь сказать, что между героями и злодеями нет разницы?
— Никто из них понятия не имеет, на какой стороне борется, — Аарон рассеянно покачал головой.
— Но как определить, на какой стороне мы? — Сэм выглядел потерянным.
— Никак. Нужно просто верить в то, за что борешься.
Рядом подсела Ева. Она зевнула, широко раскрыв рот. И никогда не прикрывалась рукой, как подобает по этикету в обществе. Зубы всегда выглядели безупречно. Словно она сидела на приёме у стоматолога.
— Я бы предпочла понятия антагонист и протагонист. Это будет более правильно с литературной точки зрения, — вяло сказала Ева.
— Тоже верно, — согласил Аарон.
— И гораздо понятнее, — сказал Сэм. — Ну что, Арни, приготовишь кофе для дамы?
— О чём это ты? — она подозрительно посмотрела на них.
И Аарон сварил третью кружку кофе. Ева подождала, пока кружка немного остынет, и обхватила двумя руками, которые тряслись от холода. Её реакция оказалась сдержанной. Она ограничилась скудной оценкой «неплохо», что слегка разочаровало Аарона, потому что он надеялся впечатлить её также, как и Сэма.
Внутри Евы бушевали страх и неопределённость. Внешне горделивая, бесстрашная и уверенная в себе девушка сомневалась в происходящем. И даже боялась. Раньше с ней никогда подобного не случалось. Но она продолжала убеждать себя, что это всего лишь глупое наваждение. Ведь цель их похода благородная. Они хотят спасти Вселенную, Землю и человеческий род — единственные слова с маленькой буквы. Не значит ли это, что люди не достойны спасения? Ева отбросила глупые размышления и вернулась в единственное место, где она на что-то могла повлиять. Реальность.
— Ева, сколько времени займёт дорога до Виктории? — озабоченно спросил Аарон.
— Точно не знаю. Но не меньше двух дней.
— Если в горах не помрём, — скептично высказался Сэм и покосился на Еву. — Да? — он нахально улыбнулся.
— Заткнись. Тебя вообще никто не спрашивал, С-с-э-э-м-м-ю-ю-э-э-л-л, — она нарочно вытянула каждую буквы полного имени.
— Тогда выходим.
Аарон перекинул рюкзак через плечи и поторопил спутников, которые не так уж и спешно собирались. Они продолжили путь по извилистой горной змее-дороге. Чем выше они поднималась, тем ниже падало давление, что вызывало понижение плотности газов, включая жизненно необходимый кислород. Дышать стало сложнее, но не критично. Потребности в кислородных баллонах они не испытывали.
4
За одну ночь Железный легион численностью двадцать тысяч боевых единиц обогнул горный хребет. Дальше путь лежал в северо-западном направлении по холмам. Роботам не требуется отдых, еда, туалет и моральная поддержка. Лишь исправный источник питания. Который установлен в корпус конструкторами из паравселенной. И потому механические люди являются эффективными машинами войны. Никаких человеческих жертв. Только груда бесчувственного металла и обмотки цветных проводов в правильной форме. Но и у них есть сердце. Ценный миниатюрный ядерный реактор, который способен питать энергией небольшой город. По-настоящему гениальное изобретения, обращённое человеком в оружие.
