Когда всё почти было кончено, Ева коснулась каменной грани кончиком среднего пальца, держа в голове мысль о выстреле в надежде, что это сработает. Сконцентрированный сгусток энергии вырвался залпом ввысь, прогладив жаром лицо Карла. Снова. Он отпустил Аарона и откинулся к противоположной стене, завывая от боли новых ожогов и размахивая руками, как сумасшедший. Белоснежные глазные яблоки налились краской.
Аарон потянулся к камню, но почувствовал толчок в грудь и оказался на заднице. Ева подняла камень. И он задрожал, издаваясь аметистовыми искрами. И следующая вспышка стала для Карла определяющей. После пятнадцати секунд воздействия луч погас. Ева упала на колени и зарыдала.
Она не прекращала. Аарон положил руку ей на плечо и забрал камень без сопротивления. Хотелось её утешить, но он не понимал, почему это происходит.
Бросил осуждающий взгляд на почерневшего Карла, от тела которого воздымался дымок, и сказал:
– Ты снова ошибся.
Неожиданно он закашлял, глухо и тяжело, брызгая кровью.
– Я всегда возвращаюсь...
Больше Карл Донхаллес ничего не сказал.
1
Через сорок пять минут после начала стремительного наступления объединённых сил Трастгона и Железного легиона потусторонних, сопротивление, защищающее границы Индаба, потерпело сокрушительное поражение. Выжившие солдаты отступили за стены города. На фоне очевидного превосходства противника им ничего не оставалось, как сдаться и сложить оружие.
Алазар запустил острые пальцы в грудь механической брони Питера и вырвал камень материи вместе с питающими проводами. Последняя жёлтая лампочка на почерневшем металле померкла. Энергетическое гудение стихло. Обездвиженный Питер лежал в груде металлолома.
Теперь Алазар обладал мощью трёх абстрактов: Хроноса, Атомуса и Фрагоса. Чтобы прекратить существование этой Вселенной, необходимо добраться до оставшихся двух, в которых заключены силы Алариса и Изириса. И на пути к исполнению задуманного стоит последняя серьёзная преграда – Аарон, наделённый необъяснимыми сверхспособностями. Он не подвержен внушению и не погибает от смертельных ранений, как обычно происходит с людьми.
– Тебе не завоевать нас, – прохрипел Питер, кашляя кровью. Он потерял зрение, осязание и едва дышал, но продолжал держаться за тонкую нить жизни, натянутую до предела и готовую оборваться здесь и сейчас.
– Питер, ты ничего не понимаешь. И вряд ли уже сумеешь.
– Тогда убей меня. Прекрати боль.
Но Алазар не собирался дарить лёгкую смерть. Он ждал, когда старческий разум Питера ослабнет. Без контакта с камнем щит долго не продержится. Ментальная борьба истощала Алазара гораздо быстрее, чем физическая. Даже психокинез не требовал столь монументальных усилий. Потому считался самой действенной способностью тритоморфа. Отрицать возможности и потенциал психокинеза глупо, но когда необходимо добыть информацию, телепатия становится твоим лучшим другом. Нельзя ничего скрыть от того, кто проникает в чужую голову. А пытки и угрозы никогда не гарантируют результат.
Некоторое время спустя стенки защитного барьера разума стали тонкими и хрупкими, как стекло. Одного удара достаточно, чтобы пробить брешь и завладеть мыслями. Алазар узнал о том, куда направился Аарон. Он идёт в Викторию – столицу Красной Империи. Остаётся лишь пойти следом и надеяться, что он не обуздает свою тайную силу. Но гораздо страшнее, если сила завладеет Аароном и полностью поглотит. Как бы абсурдно это не звучало.
– Убей, – прошептал Питер.
– В тебе есть сила справиться с болью. Твоя смерть ничего не изменит. Я оставлю город. Продолжай правление, пока ещё есть время, – он удалился из полуразрушенного ресторана.
Питер взвыл от адской боли. Он желал уйти на покой и избавиться от страданий, но судьба выбрала иной путь.
2
Сэм приоткрыл глаза, ощущая болезненное покалывание в области шеи и спины. Мир помутнел. В нос ударил отвратительный запах палёных волос. В проблесках мерцающего света появилась громадная туша Карла, словно мёртвого хищника, который больше не представлял никакой угрозы. Аарон пытался утешить Еву. Она с воем заливалась слезами, как они первое время полагали, совершенно без причины. Сэм с трудом поднялся с каменного пола. Приступ острой боли в шейном отделе спины помешал выпрямиться. Пришлось сильно сутулиться, чтобы устоять на ногах. Голове тоже досталось. Волосы на затылке намокли от проступающей крови. Он наклонился и поднял очки, взявшись за душку. Левая линза потрескалась. Протерев стёкла порванным рукавом, за которой его схватил Карл, он надел очки. Полумрачная картинка приобрела чёткое разрешение.
– Аарон, как вы там? В порядке? – спросил он.
Ответа не последовало. Они полностью поглощены произошедшим. Их внимание ограничено рамками одного события. Сэм не собирался ждать, пока о нём вспомнят. И двинулся за проблесками магического света, исходившими от камня рун. Другим маяком служило рыдание девушки, переходящее в сдавленные всхлипы. Любая мысль в голове – как медленно открывающаяся тяжёлая дверь на несмазанных петлях, из-за чего она ужасно и протяжно скрипела.
