Алазар страдал. Высокочастотные звуковые волны не только глушили телепатические способности, но и вызывали жуткую мигрень. Излучатели света, направленные на него, слепили и не позволяли открыть глаза. Совместная работа довольно простых, но мощных устройств, доведённых до пика технических возможностей, служила чудесным нейтрализующим средством. Он не подавал вида, что тяжело справляется с устроенной неприятностью. Невозмутимо продолжал приближаться к стене Виктории, ориентируясь на чувства живого металла. Чем больше просил от доспехов, тем больше раздражения и гнева накапливалось внутри. И когда планка достигнет точки кипения, придётся выпустить пар, что означало временную потерю контроля над собственными действиями. Радовало, что можно не сдерживаться. Он принесёт разрушения и убьёт множество людей. Сделает то, за чем и пришёл. Будет даже лучше, если действовать бессознательно. Это, конечно, слабое оправдание ужасным поступкам. Но он и не хотел ничего оправдывать. Знал, что выбора нет. Необходимо действовать быстро, чтобы спасти собственную вселенную. И единственный выход – уничтожить альтернативную ветку истории, которая нарушает законы пространственно-временного континуума.
Сила бога в руках людей – это всегда оружие. Они не мыслят достаточно дальновидно. И не думают о последствиях. Потому совершают ошибки, которые оборачиваются против них самих.
Алазар потерял способность мыслить ясно. Неумолимая жажда крови, исходящая от несокрушимых доспехов, пульсировала на венам Алазара, будто раскалённый жидкий металл. Ярость поглощала сознание. Руки дрожали. Он никогда ничего подобного не испытывал. Не приходилось. Даже специальные тренировки по испытанию гнева не заходили настолько далеко. Больше он не отвечал за свои действия. Не мог. Разум растворился среди горящего пламени ярости. И то пламя властвовало на ним. Лишь страх и тревога за судьбу собственного мира остались от него.
6
Командующий беспокоился. И размышлял о дальнейших действиях. Почти все турели вышли из строя. Осталось пять боеспособных единиц, на которые противник бросил все свои ресурсы. Турели находятся под плотным огнём. И вскоре будут неизбежно уничтожены. Основная защитная линия падёт.
Тару Пао не собирался ждать, когда это произойдёт.
– Красные плащи, ваше время пришло, – торжественно передал он по рации, зная, что отправляет элитный имперский отряд на верную смерть. Среди них самые крепки и опытные бойцы Красной Империи. Их пафосно называют Легионом Смерти. Но даже им не под силу избежать того, что ждёт всех нас в конце.
Очередной разряд молнии поразил тритоморфа. Он превратился в застывшую тень посреди поля битвы. Если говорить точно, чёрного призрака, потому что давно должен был умереть. После каждого попадания оболочка тритоморфа начинала переливаться красно-жёлтыми оттенками. Сияние медленно угасало, как при остывании раскалённой стали. Научный военный консультант выдвинул теорию о впитывании энергии. Но какой материал способен единовременно принимать подобную нагрузку? Такого ответа он дать не мог. Однако рискнул предположить, что броня накапливает энергию. И в нужный момент тритоморф, возможно, обернёт энергию против них.
Тару Пао не особо заботило, из какого материала сконструированы несокрушимые доспехи тритоморфа. Или как они работают. Потому проигнорировал предостережения консультанта. Важно лишь задержать противника. Он повиновался приказу Императора. Выигрывал время. Он понимал, что проиграет битву за Викторию, но не собирался проигрывать войну. Чем ближе приближался его конец, тем сильнее он начинал верить в великую силу Аарона Донхаллеса, неизвестного ему мальчишки.
Разводной мост соединил Викторию и горячее поле битвы, где царили разруха и смерть. Пахло гибелью тех, кто никогда не был живым, не имел собственной воли и не знал, чего хочет на самом деле. Искореженные и сплавленные куски металла, огромные пробитые дыры в корпусах, оторванные головы и конечности с торчащими оголёнными проводами, которые шипели и искрились.
Через открывшийся арочных проход выехала цепочка из бронированных внедорожников, на крыше каждого из которых установлено по пулемёту. Боевые машины одна за другой выскакивали на поле в самую гущу событий, носились по территории, обстреливая противника. Правила суета. Только неимоверная удача могла помочь не погибнуть мгновенно. Когда роботы покончили с последними турелями на стене, они переключились на мост и сбили несколько машин. Образовался затор, не позволяющий подкреплению перебраться на другую сторону. Движение заблокировано. А прорвавшиеся внедорожники вскоре подверглись устранению. Солдаты не растерялись. Отважно покинули автомобили и предприняли попытку пересечь мост пешим маршем. Но ничего не добились. Роботы крепко держали позиции. И плотно обстреливали подходы. Красные плащи вели борьбу из-за машин, служивших отличным укрытием. Железный легион не имел возможности перейти в стремительное наступление. Это единственное, чего смог добиться элитный имперский отряд.
