— Я думал, мы позавтракаем вместе, — начал было любовник, но вдова Александер уже повернулась к нему спиной.
— Ты всё слышал, — негромко сказал Ромеро Лотару.
Все направились в столовую, а Лотар втолкнул парня в спальню и холодно сообщил:
— Тебе пора.
— Но Юлия…
— Ты больше неинтересен госпоже. — Голос слуги был холодным, руки крепкими, словно каждая кость прошла армирование титаном, и ещё более холодными. — Если ты появишься вновь, мы тебя крепко накажем. Если госпожа когда-нибудь захочет тебя, мы отыщем и привезём. Всё понятно?
— Да.
— Это подарок. — Лотар бросил на кровать несколько крупных купюр. — Уходи.
Молодой крепыш стал покорно одеваться.
А Юлия расположилась в столовой со вновь наполненной чашкой в руке и поинтересовалась:
— Что-нибудь ещё?
Роман едва заметно кивнул, понизил голос, как будто стоящий в шаге Фихт мог его не услышать, и сообщил:
— Говорят, в город вернулся Аскольд.
Юлия поморщилась:
— Он нашёл союзников?
— Серьёзных — нет. Его сопровождает Порча.
— Порча… — Юлия вспомнила, о ком идёт речь, и уточнила: — Одна?
— Больше никто не рискнул.
— Одна — она телохранитель, а не союзник.
— Согласен, госпожа, — склонил голову Ромеро.
— Но если Аскольд не нашёл союзников в Москве и там, где был до Москвы, он пойдёт к Виктору, — продолжила размышлять вслух вдова.
— Я тоже об этом подумал.
— Аскольд не отвечал на мои письма и звонки, а теперь приехал в город, не поставив меня в известность, — Юлия посмотрела на маленькую чашку, но пить не стала. — Это невежливо.
Воспитание не позволяло вдове использовать выражение крепче, но она была очень, очень разочарована поведением Аскольда.
— Да, госпожа, — согласился Роман.
Он был единственным слугой, имеющим право спорить со вдовой Александер и пользовался этим правом, но сейчас Ромеро искренне разделял негодование Юлии.
— И ещё это значит, что он готов к глупостям.
— Вне всяких сомнений, госпожа.
— Но в нём течёт кровь Аридора, — вздохнула вдова. — Я не хочу убивать пасынка.
— Я вас понимаю, госпожа.
— Может, соблазнить его? — Юлия повернулась к зеркалу и с удовольствием посмотрела на своё красивое лицо, дышащее свежестью даже после бурной ночи и короткого, в пару часов, сна.
— Вы прекрасны, госпожа, но с Аскольдом у вас не получится, — дипломатично произнёс Ромеро. — Этот юноша не станет спать с мачехой.
— Знаю, Роман… — вдова помолчала. — Увы, ты прав.
— Рад служить, госпожа.
— Что бы я без тебя делала… — Юлия одним глотком выпила кофе, распорядилась: — Подайте завтрак через пятнадцать минут.
И углубилась в отчёт.
«Что со мной происходит?
Почему?
Почему Питер?»
Откуда взялась эта неожиданная и необычная тоска, поднимающаяся от сердца и не проходящая, не отпускающая? Ведь не было причины, а тоска пришла, и странное чувство поглотило Марси с головой.
Родные улицы вдруг стали враждебными. Тёплый сентябрь с улыбкой нашёптывал: «Сдохни!» Лёгкий ветерок рвал кожу. А главное — ушёл сон. Ушёл так, что не помогало даже снотворное. Марси ворочалась в кровати и лишь под утро проваливалась в забытьё, больше походящее на кому. Потом вставала вместе с Виталиком, никакая, с трудом осознающая окружающую реальность, вместе с ним выходила из дома: он на работу, она в институт, а когда приходила в себя, избавившись от последних обрывков приползшего с ночи тумана, начинала со страхом ждать следующей ночи.
При этом, как ни странно, Марси не выматывалась, не падала с ног от усталости, ей хватало тех жалких часов или минут, которые удавалось вырвать у тоски, но сами ночи девушку изнуряли. Она пробовала чем-нибудь занять себя, но не получалось: хотела погладить — обожглась, протереть пыль — застыла у серванта с тряпкой в руке, позабыв, что нужно делать, садилась за учебу — буквы расплывались перед глазами, а происходящее на телеэкране и вовсе теряло смысл. Но стоило Марси лечь и выключить свет, как полусонное состояние улетучивалось, и она принималась ворочаться в кровати, мысленно проклиная всё на свете.
Однажды, когда Виталик уехал в командировку, девушка не сдержалась и сбежала из дома, отправившись бродить по ночной Москве. А на следующий день — снова. И потом. И ещё… Бродить по безлюдным улицам, тёмным скверам, прохладным набережным… Она не думала об опасности, и опасность избегала её. Она знакомилась с людьми, но мимолётные встречи не сохранялись в памяти. Она всегда просыпалась дома, зная, что не наделала глупостей, и лишь однажды позволила себе увлечься. Сначала — голосом из радиоприёмника, потом — его обладателем.
Кирилл, ведущий «Первого Полночного» на «НАШЕм радио», оказался таким же интересным, как его передача. Необъяснимое влечение заставило Марси познакомиться с ним, но закончилась их встреча похищением и смертельной схваткой, которая попала во все выпуски новостей. Кирилл спас девушку от безжалостного убийцы, но она перестала отвечать на его звонки.
И не могла сказать, почему.
Перестала.
