Если посмотреть — пожалуй. С Аней она обошлась по-свински, сейчас… А что сейчас? Она не пошла на гулянку в том числе и потому, что опасалась сама что-нибудь не то сотворить от усталости и алкоголя. Все сложнее и сложнее становилось держать себя в руках. Магия в венах, сила, текущая по телу, позволяла ей все же куда лучше, чем раньше справляться с усталостью, но даже пределы этой силы существовали. Она работала без выходных все три недели, была со своими ребятами на организации «Дня Самоуправления» без всякого злобного указания Марины Владимировны, спала все это время в лучшем случае по четыре часа — и при том была вполне бодра телом. Но усталость разума накапливалась, как и желание решить все проблемы просто выпустив магию на волю. И на празднике ей пришлось бы сидеть в углу и не отсвечивать, стараясь отгородиться от суеты и портя всем отдых, иначе, выпив, она могла бы утратить и так небольшой остаток самоконтроля.
И теперь Коля с Катей куда-то влезли, а она еще и крайняя. Прекрасно.
Саша наливает кипяток в кружку со старым чайным пакетиком. Кофе хочется, сил нет, но растворимый закончился еще на исходе первой рабочей недели, после того как Коля его «одолжил» и вернул с жалкими остатками на дне банки. А идти в поселок ради него не было сил и желания. Да и времени, откровенно говоря — круглосуточных магазинов там не было, а обращаться к кому-то, кто работал с напарниками на отрядах и мог отлучиться на час ради банки, которая через три дня стараниями парней закончится, не хотелось.
Подходя к беседке Саша поняла, что она не пуста.
Только, к ее удивлению, был там не Вася, а Женя из ее отряда. Такой же худой и невысокий.
Не его ли вчера она видела?
— Доброго утра. Ты чего тут так рано?
— Доброго. Выспался уже, — Женя пожимает плечами.
— Ты один тут давно сидишь?
— Почему один? Я с другом был, он ушел уже. Тоже рано просыпается.
— Я рада, что ты нашел, с кем пообщаться, — Саша улыбается, вполне искренне, — кто-то из отряда, если не секрет? Мне казалось, что ты можешь найти с ними общий язык, несмотря ни на что.
Всю смену Женя тенью следовал за всеми, но ни с кем, кроме нее, не общался и стремился быть как можно дальше от любых контактов — и от физических, и от социальных вообще. Парень был умен не по годам, хотя воспитывала его явно бабушка или пожилая мама. Это чувствовалось — в общении, в речи, в интересах. Даже в любимых книгах, многие из которых у Саши и у него были общими. У них вообще нашлось немало тем для разговора. Выяснилось, что помимо любимых обоими Стругацких, были и другие точки соприкосновения. Вчера, например, все время, что Саша не была в воде с отрядом, они обсуждали концовку Фауста «Гете». Женя тоже считал ее нелогичной и был уверен, что изначальная задумка автора отличалось от итоговой, но сам предполагал иной вариант, чем тот, что считала правильным сама Саша, и спорили они не без обоюдного удовольствия. Было ощущение, что по возрасту Женя старше не только ребят из отряда, но и ее коллег-вожатых.
— Не, это мальчик из другого отряда, — Женя чуть отмахивается. — С ним интересно, правда.
Саша искреннее улыбается.
— Вот видишь, иногда разделить свои увлечения с кем-то — хорошая идея. А то ты всю смену сам и сам.
— Почему сам? Я с вами общаюсь. Или это не считается?
— Считается. Но со сверстниками ведь тоже по-своему интересно.
— Не сказал бы. Мне со взрослыми только общаться нравится.
— Ну это пока тебе с ними неинтересно. Но так не всегда будет. Я тоже общаюсь с людьми старше себя, но им не все и не всегда скажешь, а с ровесниками свои темы и возможности. Это нормально. К тому же со временем ты сам станешь взрослым и поймешь, что взрослых не существует.
— Как это? — кажется, эта фраза Женю почти обидела.
— А так. Страшный секрет — ты вырастешь и останешься собой, как и был, только будет задач побольше и возможностей тоже. Опыта. Книги почитаешь, попробуешь много что. Но будешь собой и так же будешь со всем справляться, как и сейчас. Это мало меняется. Поэтому в оставшиеся три дня, потом все равно разъедитесь — общайся как можно больше. Терять нечего все равно.
Женя чуть усмехается.
— Ладно, я не буду тебя смущать, — парень явно был погружен в свои мысли, и не стоило навязываться. — Только это, — Саша чуть колеблется, но все же говорит: — если тебя куда-то пацан рыжий позовет, который Вася, не ходи с ним, ладно? Мне скажи.
— А что? Он плохой?
— Нет, — Саша качает головой. — Почему же? Хороший парень. Пропал только куда-то с половины смены, хочу узнать все ли у него в порядке.
— Ладно, я скажу вам если увижу.
— Просто не с кем никуда ходить не надо, ни со взрослыми, ни с детьми.
— Знаю, не маленький.
— Определенно, — мягко говорит Саша. — Просто мне будет спокойнее, если я это скажу.
Женя пожимает плечами. Саша поднимается, выходя из беседки. Чай остыл, а перед детским корпусом дежурный сегодня пятый отряд уже устанавливает аппаратуру.
