– Разумеется, всем, – Маэстро отмахивается. – Ты ведь тоже участник представления, актер, и игра должна коснуться и твоей души. Но, не скрою, я устал судить сам себя. У тебя, посланница Ордена, хватит силы, чтобы остановить и меня, и Елену. И ни я, ни она, не будем убегать. До завтрашнего полдня игра будет идти – постановку негоже прерывать.
– А потом?
– Потом мы расстанемся и пойдем разными дорогами. Увы, все просто отправляются дальше, такова жизнь.
– Не все.
Маэстро вновь улыбается.
– Некоторые знают о нашем существовании. Ни о том что мы делаем на самом деле, разумеется. У меня бы не набралось столько помощников, знай они, какая именно магия творится здесь. Но, разумеется, если ты решишь оказаться в их числе, то тебе придется смириться с нашим существованием.
– Вы оба нарушаете закон, и, определенно, я не могу это сделать.
– Противоречия рождают конфликт. Конфликт разрешается изменением, создающим из противоречий непротиворечивый элемент, – Маэстро чуть кланяется. – Что ж, моя роль сыграна, теперь твоя очередь действовать, госпожа. Я же пойду вновь на сцену, теперь надев новую маску и введя новое действующее лицо.
То, что мужчина растворился в воздухе, Сашу не удивило. Отражение колыхнулось. Маэстро Шагнул, показывая, что разговор окончен. Несмотря на небольшие силы, он был явно искусен, и к тому же хорошо знал местность. И – Саша видела тонкие паутины силы, раскинутые над всем полигоном за рекой. Неплохая подготовка.
Маэстро и правда не убегал. Он появился вновь на другом берегу, чуть шутливо поклонился Саше, и, создав иллюзорный костюм стражника, зашагал за городские стены. Интересно, сколько на самом деле раз она видела его за сегодня? Явно ведь больше одного…
Саша чуть улыбнулась, отставляя часть переживаний. Ничего еще не закончено.
Елена. Почти наверняка это Муза, не зря само ее появление волновало Изнанку, как казалось. Стоило найти ее и задать новые вопросы. Не как Колдунья, а как маг Ордена. Из другой роли.
Отражение с легкостью указало направление, и Саша сама перебралась через реку. Вновь через Изнанку. У нее не было подготовленных точек-ориентиров, которые расположил Маэстро. Его магия довольно энергоемкая, но не мгновенная, и даже слабому магу доступная. Что-то вроде координат в Отражении, которые по сигналу волшебника вкладывали в него силы и показывали направление для Шага, и по сути, протаскивая по Изнанке. Из Свободы Саша бежала по Глубине на ощупь, на одном желании. Потому что у нее тогда направляющих не было. Сейчас же она могла из пределов города, запитав один из аварийных амулетов, переместиться в Орден. И Коля мог бы, и Катя – не в силе дело, а как раз в направляющих. Действенная штука, очень.
Но сильный маг справится и без нее. Скрываться больше не было нужды.
Саша отправилась на ту поляну, где еще недавно читала ритуальные слова под светом костра. Почему-то она была уверена, что найдет там Музу. И у нее были вопросы к ней. Очень, очень много вопросов.
Муза и правда обнаружилась в центре нарисованного круга. Она сидела, поджав ноги, и рассматривала что-то в остывших углях. Но при появлении Саши девушка встала и начала беседу, не давая вставить и слова. Сейчас, без амулета на шее, от Музы ощущалось странное, словно бы мягкое сияние, идущее во все стороны и, кажется, даже немного приближавшее Отражение к миру. Саша застыла, на секунду чувствуя себя так же, как в оставленной деревне. Только теперь не туман привел ее в чужой мир, а чужой мир с туманом пришел в реальность. Не с туманом даже, а с самой ночью, подстегивающей воображение.
– Колдунья отбросила оковы и пришла вновь, не нося больше маски, – Муза улыбнулась. – Ты пожелала чтобы все, кто искреннее желает и желал тебе добра, кто был близок, в этом мире – и в других, были счастливы, – негромко проговорила она.
Саша кивнула. Муза была несколько… не от мира сего. Точнее – больше не от мира сего, чем она думала. И определённо стоило выслушать ту, из-за кого все и происходило.
– И ради этого, ты, Колдунья, погубила две невинные души.
– Один из них хотел смерти. Второй ее заслужил, – это была игра… и была реальность. В Онейре и правда появились две свежие могилы, пусть их обитатели и были живы в Краснодаре.
– Но могли бы жить.
– Возможно, – Саша чуть ухмыляется, понимая, что тьма в ее душе подняла голову, и что ей самой это вовсе не претит. – Я, как и многие, хочу счастья своим близким, какими бы они ни были.
– За счет других.
– Это универсальный рецепт. Счастья-то на всех не хватает. К тому же, я, совершая все это, и спасла жизни. Баш на баш. Одна исцеленная болезнь и один погибший продажный судья. Все честно.
– И зла в мире стало больше.
– Возможно. Поэтому я и прошу о счастье.
Муза окидывает ее долгим, пронзительным взором.
