Оборот. Она никогда не видела его по-настоящему. Говорили, что некоторые сильные и одарённые волшебники сами могли превращаться в зверей, и на одном из занятий Саша видела, как Михаил Ефимович принимал форму черной пантеры. Маг обращался легко, словно перетекая в иную форму. Он лишь опустился на пол класса, и спустя мгновение на его месте уже сидел зверь. Даже в Отражении это было почти незаметно: контуры тела человека подернулись дымкой на один удар сердца, и сложились в иную фигуру.
Оборотень менялся иначе. Саша, даже если не прочла бы в книгах, все равно могла бы утверждать, что ничего общего с оборотом мага это не имело. И даже не потому, что происходило это на Изнанке. Вовсе не поэтому.
Глава южнороссийских волшебников словно за мгновение перетек в иную, созданную его разумом форму. И эта форма могла быть любой. Хоть пантера, хоть кот, хоть бегемот или еж. Чем сильнее маг и чем больше времени он уделял развитию этого навыка, тем больше форм ему было доступно. Любых. Масса, конечно, имела значения, но и здесь сила волшебника торжествовала над физическими законами. Если верить книгам, поистине великие перевертыши могли стать полноценными слонами или обратиться в колибри.
Оборотень же способен был принять только одну-единственную форму. И сейчас Саша прекрасно поняла почему.
С Глубин Отражения что-то потянулось к Анатолию. Что-то так похожее на него — и так отличное. Словно зеркальный двойник, вот только он был кем-то иным, точно человеком. И там, на Изнанке, двойник встретился с оригиналом, начав менять его, яростно и стремительно. Менять, смешивая плоть, кровь и кости, менять, перестраивая по своему вкусу. Менять, обращая в иное создание.
Спустя пару ударов сердца изменение завершилось. Двойник словно бы слился с оригиналом, и сделали Шаг в реальность уже они оба. Около ручья вместо Анатолия стоял на четвереньках крупный волк. Он коротко тявкнул, словно извещая о своем появлении. И, кажется, подмигнул Саше. А потом бросился бежать туда, где мгновением раньше скрылся Серый.
Девушка вдохнула и выдохнула, стараясь успокоить эмоции. Все это было так… жестоко. И на мгновение тогда, когда Анатолий оказался на Изнанке, но его двойник еще не слился с ним, она ощутила темный, могильный холод. Обращенные — нежить, так говорилось в книгах. Они все уже были убиты в момент Преломления и возродились к жизни вновь. Но до этого дня данная фраза казалась просто строчкой из учебников, не больше. А сейчас Саша видела живого мертвеца. Всего на секунду — но именно так все ощущалась. Зачем Анатолий вообще стал оборачиваться при ней? Поговаривали, что оборотни не слишком любили делать это при свидетелях. Хотя — какая разница? Возможно, ему было все равно, вот и все. Или хотел впечатлить. Или… Неважно.
Иронично — из всех Обращенных только женщины-оборотни могли иметь детей. Живых детей. Как — вопрос был риторический. Но тем не менее могли. Многие считали, что здесь дело в самой природе зверя, для которого размножение — один из важнейших инстинктов. Интересно, каково это — родится в семье мертвецов, будучи волшебником, как Аня? Впрочем, некоторые люди при жизни мертвы куда более, чем Обращенные. По собственной воле убив себя наркотиками, алкоголем или еще чем-нибудь.
Далекий лай вырвал ее из размышлений. Лаяли с надрывом и даже, как Саше казалось, с каким-то обреченным подскуливанием. Она бросилась к источнику звука, продираясь сквозь кусты, отмахиваясь от пауков и стараясь не запнуться об очередной ствол давным-давно упавшего дерева, которых в этой части леса было немало. Саша влетела, ломая молодую поросль, на небольшую поляну и застыла на месте.
Лаял Серый. От страха и ярости. Оборотня нигде не было. А вот на пса надвигался худущий и злющий бурый медведь. Без всяких ошейников, костлявый, словно сама смерть и совершенно точно жаждущий крови.
Сашино появление отвлекло животных друг от друга. Медведь на секунду замер, словно решая, нравится ему больше двуногий или четвероногий, и после короткого раздумья бросился к псу. Но не добежал, на ходу влетая со всей скорости головой в поставленный Сашей барьер. Звук удара смешался с обиженным ревом дикого зверя. Серый метнулся к девушке, стараясь оказаться подальше от разъяренного чудовища. Один барьер медведя не остановил. Зверь вновь начала набирать скорость, теперь желая уничтожить человека. Секунду Саша боролась с импульсом сбежать отсюда как можно дальше, но лишь секунду. Она выкинула еще один барьер, расправляя плетение прямо перед носом зверя. Физический щит не был рассчитан на остановку такой туши, да еще и набравшей скорость — но все же остановил, пусть и в момент соприкосновения заклинания и тела зверя Саша едва не рухнула от резкой отдачи и вмиг появившейся слабости. Но обошлось, барьер выдержал.
