– Такой риск существовал, не скрою. Саша, ты вычерпала себя до дна. Полностью. Тебя потом почти двое суток сил только на сон хватало, и то не без внешней подпитки. И хотя прошло уже две недели и ты теперь не спишь днем и чувствуешь себя неплохо, как видишь, творение магии пока слишком травматично. Это пройдет, не бойся. Истощение каждый переживал. Я однажды почти месяц пластом лежал на ритуальном столе, только на моргание силы оставались. Но выжил, как видишь. Ты же неплохо восстанавливаешься, но магия сильно бьет по телу и разуму. Пока – бьет. Не нужно спешить.
– Аня…
– Я понимаю. Но себя не ломай, договорились? Я тебе помогу конечно, но постарайся все-таки поверить моему опыту и не бежать впереди паровоза, идет?
Саша кивает, чувствуя, как усталость разливается по венам, но страх медленно исчезает, уходя туда-то в недра разума, словно вся длинная речь мага отогнала весь ужас мира – и приблизила ее саму к реальности.
– Спасибо, – тихо говорит она. – Прости, что пришлось…
– Саша, – маг ее решительно перебивает. Он убирает руку с шеи и присаживается на корточки рядом. – Не нужно извиняться. Ты – мой ученик, и я помогу тебе, чем смогу. Да, я не идеален и ошибаюсь, могу причинить боль. Я тоже человек, и время приносит силу, знания, опыт… Но и не только их. Я привел тебя в этот мир, и я постараюсь помочь тебе жить в нем. Без извинений, платы и долгов. Когда-нибудь ты сама Становишь кого-нибудь и будешь помогать ему или ей и учить. Когда-нибудь. А сейчас помогать тебе – моя ответственность. Понимаешь меня?
Саша осторожно кивает. Слова мага только начинают достигать разума, а весь их смысл, как ей кажется, придет потом.
– Вот и хорошо, – Серафим улыбается, поднимаясь. – Но я все же буду признателен, если ты перестанешь гробить себя, и не будешь использовать никакой магии, пока я или Миша не сможем точно сказать, что это пройдет без последствий.
– Обещаю.
Наставник чуть улыбается.
– Надеюсь на твое благоразумие.
Где-то в кабинете вибрирует телефон. Серафим поднимается и подходит к столу, где пытается отыскать источник звука среди горы бумаг. Находит, и, взглянув на экран, хмыкает.
– Хотя я все еще совершенно не одобряю твою выходку, плоды она принесла – Александрова начала сотрудничать и отвечать на наши вопросы.
Саша чуть улыбается. Она не ошиблась в Ане.
– Как-то это выходит… Просто, что ли, – Саша с некоторым сомнением подцепила с тарелки кусок мяса.
– Просто? – сидевший напротив Серафим с интересом поднял бровь. – Поясни, что именно тебе кажется простым.
Сейчас в маленьком ресторанчике с чешской кухней они были одни, если не считать пары официантов. Но те не обратили бы внимания на их слова. Никто не обратил бы – Серафим об этом позаботился, одним взглядом прервав попытку Саши самой поставит отвод внимания. И Саша была ему в глубине души благодарна, пусть гордость и требовала возмутиться. Хотя на шее теперь не висело с десяток амулетов, спать днем не было необходимости, и даже колдовать она могла понемногу, но все же последняя неделя ее утомила.
Допросы. Суды и опять какие-то расспросы. В детстве поездку в Москву она видела совершенно другой. Ну, по крайней мере, в ней должно было быть что-то кроме гостиницы рядом с Главной Резиденцией Ордена России, комнаты для допросов и зала суда. Но реальность была такова, что сил после всех бесконечных рассказов, ответов и вопросов ни на что другое, кроме сна, просто не было.
Но сегодня, наконец, прошло последнее заседание. И ночным авиарейсом они с Серафимом вернутся в Краснодар. При мысли об этом Саша едва не покраснела, вспомнив выражения лица и наставника и пары людей из орденских управленцев, когда она спросила, не проще ли будет дойти по Отражению. Кто знал, что на деле это доступно только для действительно сильных и опытных волшебников… И везучих недоучек, как отметил наставник. Возможно, он и лукавил, но и туда, и обратно добирались они, как все остальные заинтересованные стороны, на самом обычном самолете.
До вылета еще было время, и забросив вещи в камеру хранения, они вдвоем ужинали в довольно уютном ресторане в достаточно старом районе города.
Маг пил пиво и выглядел расслабленным, а Саше хотелось обсудить многое из услышанного. Осталось только облечь мысли в слова.
– Ну, просто… Получается, что старший Хачатрян жил, работал, потом поймал как-то Боготова, прижал его, как я понимаю, не сдал в обмен на легальную возможность отослать в его общину возжелавших стать магами без всяких способностей своих жену и дочку, и потом просто тряхнул связями, заставив на себя работать?
Сам Армен Хачатрян, связанный клятвами процедуры «особого распоряжения», ничего из этого не подтвердил. И не опроверг. А откровенно шокированный Азамат рассказал все что знал про исчезновения матери и сестры, которое едва помнил. Просто однажды шестилетнему мальчику сказали, что его мать сбежала и больше не хочет его видеть. И он поверил. А как тут не поверить родному отцу?
– Думаю, это упрощенное, но верное описание событий. Что тебя смущает?
