Гарольд задумался. Странного там было много. Мало что не все. Но один момент доставил хлопот больше всего.
— Выбор старшей Хранительницы — вот что там странно. Ее выбирает магия Обители по каким-то своим признакам, а потом в результате Ритуала она получает власть, защиту и магию.
Снейп нахмурился.
— И в каком возрасте это с ней происходит?
Глаза у Гарольда расширились.
— Точно! Это ты верно подметил! Магию Хранительница получает, будучи уже взрослой. Хм. Кстати, Северус, а где магическая чаша, которую Добби принес сюда из мира Матери?
Снейп вскочил и схватился за голову.
— Ах, черт! Я совсем забыл о ней. Тут такая штука приключилась… Но подожди меня здесь, я быстро!
* * *
Артур весь красный от стыда закончил свой рассказ.
Снейп и Гарольд переглянулись.
— Вам прислал письмо Дамблдор? — не веря своим ушам, переспросил Гарольд. — Почему вы сразу не рассказали об этом, мистер Уизли?
Старший Уизли опустил голову и забормотал нечто невразумительное об интересах семьи и проклятой памяти. Маги с презрением смотрели на него, и Артур не выдержал:
— Я виноват! Молли уговорила меня… Черт! Неважно. Это моя вина.
— В общих чертах понятно, что это полный бред! Получается, что когда они получили письменное предложение Дамблдора и завладели Чашей, Молли решила поторговаться. Они отправили обратное письмо совиной почтой, в котором потребовали увеличения цены. Это письмо перехватил Воландеморт и явился за артефактом, чтобы получить его абсолютно бесплатно. И при этом оставил чету Уизли в живых. Такое могло быть?
С минуту маги размышляли, пытаясь связать события в непротиворечивую цепочку. Не осилили.
— Если Дамблдор жив, то почему он сам Чашу не забрал?
— Завладеть Чашей и оставить живых свидетелей, которые наверняка расскажут об этом нам? Ерунда какая-то.
— Может быть, он хотел, чтобы мы знали, что Чаша у него?
— Кто хотел?
— Дамблдор!
— Воландеморт!
— И лысый Мерлин в придачу! — взорвался Поттер. — Умных мыслей нет? Тогда заканчиваем обсуждение. Идите к дочери, мистер Уизли.
Артур вышел.
Гарольд повернулся к Снейпу.
— А теперь расскажите во всех подробностях, как появились магические силы у Шаннах?
— Вы думаете — это влияние Чаши? Тогда будет проще, если Лили сама расскажет. Когда она с домовиком появилась из Арки с этим артефактом под мышкой, она уже кое-что умела. Мои ребра тому свидетели.
— Ну что же. До заката еще два часа. Позовите ее сюда, Северус…
* * *
Лили-Шаннах сначала немного дичилась. Воспоминания о первых магических опытах имели много личных моментов, которые и ей самой-то были до конца непонятны.
К удивлению Снейпа Гарольд взял разговор в свои руки и начал его с признания собственных ошибок. Он подробно и откровенно рассказал о своем неудачном проникновении в сознание девушки, о своей панике и о том, что в отчаянной попытке восстановить психическое равновесие послушницы, он связал ее с собой своими детскими воспоминаниями.
Снейп слушал его с каменным лицом, не выражая ни гнева, ни одобрения. Видно было, что он приказал себе быть спокойным.
Шаннах-Лили слушала как завороженная. Она ко многому успела привыкнуть в этом новом для нее магическом мире, но то, что рассказывал Гарольд, было опять слегка за гранью реальности.
— Ну надо же, неужели так можно? — всплеснула она руками, неуверенно улыбаясь.
— К сожалению, как раз так «не можно», — едко заметил Снейп, заставив себя разжать зубы. — Но твой Гарричка с младых лет нарушает все писаные и неписаные законы магического мира.
— Пожалуйся, пожалуйся, Северус. Тебе всю жизнь не хватало человека, который вытирал бы тебе слезы отчаяния из-за плохого поведения Поттера, — ехидно отозвался Гарольд.
Все трое невольно рассмеялись.
Сразу стало как-то легче. Исчезла неловкость и принужденность. Они начали разговаривать спокойно и дружески. Почти по-семейному.
Для начала договорились, что будут называть ее — Лили. Девушка особо не возражала, особенно после того, как Снейп клятвенно заверил ее, что такой перевод ее имени действительно существует.
Потом Лили достаточно подробно рассказала о всех своих манипуляциях с Чашей в подземелье эльфов. Снейп в свою очередь поделился впечатлениями от первого соприкосновения с этим артефактом в Хогвартсе. Потом, мило смущаясь, Лили припомнила, что этот сосуд стоял в комнате, в ту ночь, когда она разделила ложе с Северусом.
Тут пришло время Поттеру стиснуть зубы, а Снейпу прищуриться на него с видом отрешенного превосходства. Впрочем, время острых эмоций осталось в прошлом. Они оба уже поняли, что им нечего и незачем делить.
В целом было ясно, что артефакт мог сыграть главную роль, как в становлении магических способностей девушки, так и в ее чудесном преображении в Лили. Хотя Снейп упрямо твердил, что первую скрипку в последнем вопросе сыграл все-таки Гарольд.
На том и порешили. Лили убежала обратно в госпиталь поить Укрепляющими зельями магов, подвергшихся нападению магических стервятников, а мужчины вернулись к насущным делам. Пора было ужинать. Да и суперагента надо будить. Хватит спать, пора работать…
* * *