- Ну, мы это… шли на покос… или с покоса… Да, это, с покоса. Коса сломалась, так мы и… И вот слышим - верещит кто-то, будто подсвинка режут. Так ведь рано еще резать-то! Заглянули, а там - Мари-Анж верещит. Лежит на кровати, заголившись, а рядом какой-то хлыщ.
- Тот самый, что сейчас сидит в амбаре?
- Точно тот самый, господин прево.
- Что ж, дошла очередь и до него. Идите, парни. Скажите, чтобы привели.
Войдя, Митька хмуро обвел глазами помещение, вздохнул, но, увидев своих, несколько воспрянул духом.
- Ваше имя и общественное положение, месье? - осведомился прево.
- Я уже говорил - это наш друг, дворянин из Лангедока. - Жан-Поль возмущенно фыркнул.
- Я помню, господин д’Эвре, - холодно кивнул судейский. - Но все же хочу сейчас говорить лично с обвиняемым. Итак. Вы, месье, - приезжий. Как ваше имя?
- Димитри… Димитри Тере.
- Странное имя… Впрочем, понятно - южанин. Каким ветром занесло в наши края?
- Я учусь… учился в Сорбонне.
- Ах, вот как? В Сорбонне. Ученый, значит, человек. Извольте ответить на несколько моих вопросов.
Юноша пожал плечами:
- Задавайте.
- Вопрос первый: вашу сорочку разорвала Мари-Анж? Ну, та девушка…
- Да… именно она и разорвала, я даже сам не…
- Достаточно, месье. Вопрос второй: вы лежали на кровати вдвоем?
- Вначале сидели. А потом она вдруг резко набросилась на меня и…
- Так лежали?
- Потом - лежали. Но…
- Благодарю, вполне достаточно. Уведите обвиняемого!
- То есть как это - уведите? - опешил Иван. - Он же еще ничего толком не рассказал?
- А вы полагаете, он такой дурак, что сознается? О-хо-хо… Поверьте моему жизненному опыту, господа, - такое случается редко, крайне редко. А ваш друг вовсе не производит впечатления глупца.
- И все же мы намерены подать апелляцию!
- Ой! - Прево поморщился, словно от зубной боли. - Я ж вам уже говорил… Итак, подведем итоги?
Приятели переглянулись:
- Попробуем. Интересно, что из всего этого выйдет?
- Как видите, господа, кроме вас и меня с господином кюре, здесь больше никого нет, - вкрадчиво произнес судейский. - Потому можно быть откровенными, а?
- Можно, - неожиданно усмехнулся Иван. - Разрешите, я выдвину свою версию?
Прево развел руками:
- Пожалуйста! Только, если можно, кратко.
- Хорошо, - согласился Иван. - Кратко так кратко. Как мне кажется, дело обстоит так: имеется подставной человечек, некий пастушонок Жак, который почему-то не был допрошен…
- Не понимаю, при чем тут Жак? - Прево и кюре переглянулись.
- Ах, не понимаете? - Иван издевательски покачал головой. - Позвольте продолжить?
- Ну, конечно…
- Так вот, этот самый пастушонок Жак, сказав, что у некой Мари-Анж можно недорого приобрести съестные припасы, нарочно указал нам окружную дорогу, которой мало кто пользуется, специально, чтобы у этой якобы потерпевшей девицы по имени Мари-Анж и ее сообщников было время подготовиться. Далее, когда наш друг вошел в дом, Мари-Анж набросилась на него, разорвав и свою сорочку, и сорочку нашего друга, потом закричала… как раз вовремя, для того, чтобы подошли сообщники, явно допрошенные недостаточно подробно. Я полагаю, это не первый такой случай в вашей деревне, и если поднять все прошлые дела…
- А может, не стоит с этим спешить? - нехорошо ухмыльнулся прево. - Посмотрите, что мы имеем по этому делу. Со стороны вашего друга - только его собственные показания. Со стороны обвинения: показания потерпевшей - раз, показания свидетелей, пусть даже косвенных, но тем не менее - два, вещественные доказательства - разорванные сорочки, измятая постель, царапины - три. Догадываетесь, какая чаша весов перевесит?
- Догадываемся, - посмотрев в окно на маячивших во дворе солдат, хмуро кивнул Жан-Поль. - Похоже, нам остается решить лишь один вопрос: сколько?!
- Вот! - Прево с нескрываемой радостью всплеснул руками. - Вот с этого и надо было начинать. Шестьсот су, думаю, хватит для утешения несчастной малышки Мари-Анж.
- Шестьсот су? - Жан-Поль покачал головой. - Это же получается - тридцать ливров. Дороговато будет!
- Хорошо. Ваша цена?
- Пятнадцать ливров и ни денье больше!
- Пятнадцать?! Да побойтесь Бога! Давайте хотя бы двадцать пять.
После бурной торговли сошлись на двадцати двух ливрах. Привели из амбара Митьку, усадили за стол, распили кувшинчик вина. Странно, но у Ивана не было никакого предубеждения ни к кюре, ни к лжесвидетелям, ни к «потерпевшей» - больно уж ловко они все проделали. Мораль - не будьте наивными дурачками и не ищите дешевых окороков там, где их нет. И в самом деле, надобно признать, парни еще дешево отделались, если б в деле был замешан бальи - уже попахивало бы не двумя десятками ливров. Так что, все, что ни делается, - к лучшему.
- Может, заночуете у нас? - после второго бочонка предложил прево. - Дорого не возьмем - больно уж симпатичные вы люди.
- Нет уж, спасибо, - дружно отказались друзья. - Мы лучше поедем и без того сколько времени здесь потеряли.
- Ну, тогда - бон вояж, счастливого путешествия!
