– Нет, не так. У нас не так… У меня контракт, я не обременён службой, как вы. В научном сообществе такое не поощряется. Мне нету нужды отсылать рапорты, как вам… Есть руководитель научного проекта. Он под присягой… У меня даже симбионта нету… Я просто ученый, закончивший академию Звездного Патруля на Аламахе…
– А что ты забыл на Альхоне, а!? – снова рявкнула на него Николь.
– Ничего я там не забыл. У меня жена альхонка… Когда начались репрессии в связи с известными событиями, она настояла на переезде! – нервно пояснил он, чувствуя сильный прессинг.
Николь умолкла и призадумалась.
– Теперь я вспомнила. Ее Ливадия зовут, да? … Это она тебя внесла в список добровольцев там на Альхоне… Зачем тебе это?
– Не зачем. Совсем не зачем. Профиль не мой, но на Альхоне ученые не нужны, а сидеть без дела я тоже не мог… Да и жить на что-то ж надо – уже спокойно пояснил он.
– Но зачем было бросать практику, лаборатории, коллектив, проекты, что б бежать на Альхон, который к тому же под блокадой? – внезапно вмешался сам Брод.
Йеф потупил взор и буркнул в ответ:
– Мы сильно испугались, узнав через своих знакомых, что все руководство Сектора отстранено. Слухи пошли, что ночью и в больницах хватали офицеров и давали 10 – 15 лет шахт Ориона… Когда на допрос в ОВБ отправился мой куратор, это стало последней каплей.
Николь демонстративно сложила руки крест-на-крест, словно примеряя на себя личину надзирателя.
– Ну, красавчик, чё!? С нами немного побегаешь, знаний подкопишь, опыта поднаберешь, все выведаешь, все узнаешь! … Потом к… своим… вернешься и там пригодишься! Хорошо устроился! … Я поговорю с Хаттером, чтоб он забрал тебя и отправил попутным грузовозом домой к жёнушке! … Ты уже отвоевался! – высказалась она, буравя его глазами.
– «Да, спец-отдел не вытравишь ничем. Даже годы не возьмут свое. СОП остается в сознании, в голове, в инстинктах навсегда». Эта мысль посетила Брода сразу же, как он вспомнил протоколы для экипажей еще там в высшей академии на Фомальгауте. К ним тогда еще молодым курсантам на якобы корабль подселяли настоящих СОП агентов и учили правильно с ними обходиться. Спокойно реагировать на их манеру вести разговоры. Поведение Николь было типичным для офицера спец-отдела.
– Йеф остается в команде. Я принял его, я за него отвечаю… К этому вопросу больше не возвращаемся – спокойно ответил Брод.
Глаза Николь округлились от услышанного.
– Я буду вынуждена сообщить Саймону об этом! – выпалила она.
– Сообщай, если так нужно. Я свое решение не поменяю.
Брод был спокоен, как удав, а вот Николь, видя это, занервничала еще больше.
– Тула, Аманда, ну хоть вы скажите ему! – обратилась она в поисках поддержки.
Наемница лишь усмехнулась и дружески похлопала ее по плечу, чтоб та сбавила обороты. Аманда же сидела в кресле-ковше и выглядела взволнованно. Осознание того, что один из членов отряда имеет столь двусмысленное положение, немного расстраивало ее. Хотя и статус Йеффера, как обычного ученого, вполне объяснял всё.
– Командир, несет всю полноту ответственности. Если он в нем не сомневается, я на его стороне – спокойно высказалась она.
Николь умолкла и сделала вид, что ее тоже это больше не беспокоит.
Альфа-Бета Капелла своим мерцающим и переливающимся диском ярко осветила фюзеляж конусо-подобного военно-транспортного корабля класса «Гунгнир». Там внутри него на мостике было жарко.
– Так, что на счет этих стержней? С чего ты вдруг решил, что это разработка Патруля? – спросил его Брод, слегка нависнув над креслом-ковшом, где сидел ученый.
– Вы сейчас сами поймете… Гранаты эм-ки, что есть у всех Патрулей из штурмовиков и пилотов… Ты, Брод, должен знать…
– Продолжай – буркнул командир.
– Эм-ка детонирует, и после ее ставят на перезарядку для повторного использования. Это патент Звездного Патруля. Подобной технологии ни у кого нет… Каждый офицер на службе имеет 3 или 4 гранаты на разные ситуации и отвечает за каждую… Точно не помню, но если гранату не вставить в зарядное гнездо в течение суток, то она само-разрушается…
Сказав, он снова запнулся и вопросительно посмотрел на остальных. Однако те продолжали пребывать в недоумении.
– Не пойму, при чем тут это? – выдала Николь, стоя как бы в стороне.
– Не тяни резину, приятель. Нам не надо теоретические обоснования. Давай сразу к сути – не выдержала Тулулу.
– Ну, как же! … Эти стержни… Это два-в-одном! Электро-магнитный дуговой разряд в виде молний и термо-ударный! Эти ожоги на стенах и трупах, они ж все одинаковые! Все по 5 сантиметров и около того. А сами стержни… Их диаметр тоже столько же…. Ну!?
Брод в какой-то момент начал догадываться, к чему тот клонит, хоть это было и не просто. «До чего ж туго с этими учеными-то». Мысль пронеслась в его голове.
– Та-а-к… Давай я попробуй перевести на человеческий язык, Йеф, а ты меня будешь поправлять если что, идет? – вступился Брод.
Тот утвердительно кивнул головой.
– Это некая продвинутая или улучшенная граната эм-ка, но по сути 2 гранаты в одной, так?
– И да, и нет – тут же прервал его Йеф.
