Невидимка, появившись сбоку еще стоявшего на ногах рейдера Пса, точным и хлестким ударом уложил того на землю, но вот свалить в свою невидимость не успел, видать дар уже разрядился. Раздался четко различимый свист, два тела с хлюпаньем воткнулись в стену, выбив из нее фонтанчики пыли. Постояв буквально пару секунд, они с шумом упали, как два мешка дерьма.
— Опер, — поднял одно из тел Свен. — А ты прям реально этот твой плешь.
— Флэш, — через силу улыбнулся тот. — Не плешь же.
Это была победа. Правда, не все остались на ногах, парни Пса валялись в отключке, сам он держался за бок и морщился от боли. Но нападавшие были повержены.
— Знай наших, ублюдки, — сплюнул в пыль Шелест. — Мы элита, а не хрены с горы.
— Вы крутые, парни, — похвалил подошедший Пес. — Завалить двоих с дарами, причем сами еще сосунки, это впечатляет. Но не расслабляйтесь, тут и покруче ребята бывают.
Впрочем, победа далась нелегко. Синяки, ссадины и, скорее всего, переломы были у всех. А потом компания, приведя своих в чувство, принялась дружно хлебать живец. К месту драки уже подтянулись блюстители порядка и ловко стаскивали в кучу противников. Команде Пса повезло, кто-то из завсегдатаев подтвердил, что драку начали не они. И вообще, рейдеры просто защищались. Но показания дать пришлось.
Проторчали они в общей сложности в участке, где их допрашивал местный служитель закона, около часа. А потом отправились обратно в бар. Тут-то члены отряда и оценили прелести жизни имунного. Другой бы, да и они тоже, после такой драчки славной в себя бы несколько часов приходили. А тут, тут живца хлебнули, и даже Пес с переломом пары ребер вполне бодро шагал в злачное место. Знахарь сказал — пара дней, и будет как новенький.
Завалившись в бар, который был расположен во внушительном кирпичном здании, наемники огляделись. Зал встретил их атмосферой респектабельного хаоса — дорогого, но не лишенного брутального шарма. Гул голосов сливался в единый шум. Мужчины остановились и начали вертеть головами.
Внутри царил приглушенный свет, массивные люстры с коваными элементами «под старину», как выразился Пес, свисали с потолка, живой огонь им заменяли матовые лампы в виде стилизованных факелов. Стены, сложенные из темного камня или чего-то очень на него похожего, местами были отделаны дубовыми панелями с резными узорами — то ли виноградные лозы, то ли переплетающиеся лианы, никто особо разбираться не стал.
Устроившись у барной стойки — длинной, отполированной до зеркального блеска, из цельного куска темного дерева, что занимала центр зала, они снова принялись рассматривать помещение. За стойкой выстроились ряды бутылок с экзотическими напитками — от выдержанного черт знает сколько лет виски в хрустальных графинах до мутноватого самогона с плавающими в нем ягодами. И, само собой, живец на дорогом, элитном пойле.
Бармен, широкоплечий мужчина со шрамом через бровь, ловко жонглировал бокалами, словно готовил не коктейли, а выступал в цирке. У дверей стоял еще один здоровяк, увидев его Шелест привычно начал шарить по телу в поисках бластера. Вид вышибалы прямо кричал, что перед отрядом зараженный.
Кожа, скорее панцирь покрывала все его тело, словно броня, жуткий оскал огромного рта был полон острых, как у акулы, зубов. Массивные надбровные дуги. Руки, скорее похожие на здоровенные сучья, бугрились мощными мышцами. Ноги примерно соответствовали рукам, и все это существо было облачено в классический костюм тройку. Бр-р-р, ну и видок. Такого увидишь, и уже даже мысли о том, чтобы портить тут имущество, не будет.
— Не кипишуй, — успокоил его Пес. — Это Жучара, кваз.
Шелест прищурился, и на время снова отвлекся на изучение бара. Попутно думая о словах рейдера.
За массивными дубовыми столами с коваными ножками, что стояли так, чтобы между ними могли свободно пройти даже двое крепких широкоплечих рейдеров, ну, или один кваз. Почти все из них были заняты. Вокруг крутились симпатичные девушки. Официантки и… Кто они, Шелест догадался сразу, не раз видел этих представительниц древнейшей профессии. Причем неважно, какого они были вида. Осьминоги ли, люди, или еще кто. Их было видно за сотни парсеков.
В дальнем углу на небольшой сцене играла живая музыка. Миловидная женщина с хрипловатым голосом напевала что-то под аккомпанемент расстроенного рояля и скрипки. Звук был весьма грубым, но мелодичным — идеальным фоном для разговоров подвыпивших рейдеров.
Судя по всему, тут можно было и дорогой коньяк заказать, и ножом по столу стукнуть — и никто даже бровью не поведет.
Но от созерцания всего этого великолепия его отвлек голос Пса.
