В "форте" генерал занял место в торце нашего стола для совещаний. Мы находились в небольшом конференц-зале "Дельты". Здесь не было ничего особенного: никаких батальных полотен или отдельно выделенной трибуны. Обыкновенное рабочее пространство с потрепанным столом и складными стульями. Присутствовало несколько человек из моего штаба. Я остался стоять и сказал: "Генерал Роджерс, замысел создать в Армии США подразделение по образцу SAS, реализацию которого вы одобрили, свернул не туда. У нас очень серьезные проблемы. Я задокументировал их и хочу поделиться с вами этими материалами". Мне показалось, что он хотел сказать: "Что же, именно поэтому я здесь".
Однако он не перебивал, и я продолжил: "По некоторым проблемам у меня есть рекомендации относительно их решения, другие слишком велики для меня. Одна из моих главных проблем – это командование и управление. Как вы помните, 19 ноября 1977 года "Дельта" была создана в подчинении штабу FORSCOM, переподчинена XVIII воздушно-десантному корпусу и далее командиру Центра имени Кеннеди. Это серьезная ошибка, способная поставить под угрозу всю концепцию "Дельты". Я был очень спокоен и взвешенно излагал свои проблемы. "У немецкой GSG-9 очень четкий порядок подчиненности. Никакой промежуточной бюрократии. То же самое и у SAS. Поэтому я прошу сделать "Дельту" полевым оперативным органом, действующим под непосредственным командованием DCSOPS*. Мне хотелось бы, чтобы вы прочли некоторые из этих документов".
Генерал Роджерс принялся разбирать груду бумаг. Было слышно, как вновь начавшийся дождь барабанит по крыше. Наконец он наткнулся на заметку, описывающую использование Монтелом боеприпасов, предназначавшихся "Дельте". "Что за "Блю Лайт?" спросил он. "Я не давал такого указания. Почему они используют ваши средства?" Нортон ничего не мог сказать. Затем генерал прочел следующую записку, пояснявшую, как мне заблокировали доступ к рейнджерам. К ней прилагались два добытых мною письма от Макмулла и Мелоя. Генерал Роджерс быстро просмотрел все оставшиеся бумаги. "Ты знаешь", сказал он, закончив, "в Канзасе для описания такого положения вещей есть слово из четырех букв". Он выглядел крайне огорченно: "Мы должны навести тут порядок. Почему вы не проинформировали меня, Чарли?"
Я объяснил, что не имел права отправлять донесения лично ему, а должен был обращаться к своему аттестующему офицеру, полковнику Нортону, за разрешением отправить его через Центр имени Кеннеди. Генерал Роджерс повернулся к Нортону: "Кто вы такой, черт возьми? Вы не являетесь аттестующим офицером полковника Беквита, так почему вы вообще здесь находитесь? Аттестующим офицером полковника Беквита является генерал Мейер, а я – офицер, действующий от его лица. Чарли, вы не работаете с полковником Нортоном!"
Нортон не проронил ни слова. Он просто примерз к стулу, уставившись прямо перед собой. В тот момент я понял, что генерал Роджерс не имеет никакого понятия о размахе обращенной против меня бюрократии. По факту полковник Нортон был моим аттестующим офицером, а генерал Макмулл – моим индоссантом. Я знал, что если все так и останется, я могу считать себя покойником.
Генерал Роджерс сказал: "Чарли, держи меня в курсе дела". Это означало, что я имею право посылать телетайпные сообщения напрямую. У меня больше не было нужды обращаться к непосредственному начальству или какому-либо еще генералу в Брэгге, чтобы отправить письменное донесение. В Армии многие отправляют сообщения, но просто написать что-то и официально отправить телетайпом – это совсем разные вещи.
Воистину дерьмо попало на вентилятор. И даже сложно представить, в каком количестве. Все стояли, разинув рты. Мой заместитель Дик Поттер был настолько взволнован, что едва мог сдерживаться.
Я спросил генерала Роджерса: "Не желаете пройти и осмотреть что-нибудь в подразделении?" "Нет", сказал он. "Я хочу переговорить с тобой наедине". Генерал Уорнер остался сидеть в нашем маленьком конференц-зале. Рты раскрылись еще шире. Начальник штаба Армии вышел вместе со мной на улицу и остановился возле розового сада. Дождь вновь полил сильнее. Генерал Роджерс был не только зол, он испытывал душевную боль и разочарование. Где-то вдалеке прогремел гром.
"Это просто бардак какой-то, Чарли".
Я ответил: "Генерал Роджерс, сэр, позвольте мне с вашего разрешения сказать вам одну вещь. Если я завалю это дело, то, черт возьми, вам следует уволить меня. Я хочу выполнить эту работу, но мне нужна поддержка. Я не получаю поддержки со стороны сообщества Сил спецназначения. Я не получаю поддержки от рейнджеров. Я не осознавал, что появятся люди, которые будут стоять вокруг, желая, чтобы я потерпел неудачу, но это так. Есть люди, которые действительно желают "Дельте" провала. А я больше всего на свете хочу заниматься этим делом".
