– Ты мертв, – заметила Дейзи-Мэй. – Желать дерьма – нормальное дело. – Она нетерпеливо побарабанила пальцами по столу. – Так что, мы просто ждем?
– Знаешь, из чего складывается полицейская работа? Семьдесят процентов терпения, тридцать процентов удачи, сто процентов фактов.
– Интересная у тебя математика.
– Полицейская работа опирается на факты, – сказал Джо. – Стоит тебе отойти от них, и ты поскользнулся. Все продажные копы, которых я знал, забывали об этом.
Дейзи-Мэй посмотрела в запотевшее окно, наблюдая за слабым снегопадом.
– У меня не хватает терпения на терпение. Да и не в том мы положении. Если вспомнить,
Джо слегка подался вперед, следя за двумя подростками, подошедшими к стойке.
– А что именно уже в пути?
– Никогда сама его не видела, но каждый в Отряде слышал о Ксилофонном Человеке.
Джо, не отрывая взгляда от стойки, закатил глаза.
– Никогда не думал, что послежизнь будет такой дешевкой.
– Прячься за сарказмом, если хочешь. Посмотрим, как он защитит тебя, когда придет время.
Мальчишки отошли от прилавка, в руках бургерные коробки. Джо взглянул, на месте ли Райан (тот не двигался, если не считать пляски пальцев по экрану телефона), и встал, поманив Дейзи-Мэй идти следом.
– Так на что он похож, этот Ксилофонный Человек?
Она сползла со стула и неохотно последовала за ним.
– Никогда его не видела, только слышала страшилки. По сравнению с этой штукой мы – гребаный Каспер, дружелюбное привидение, потому что это чудовище. Его невозможно уговорить, невозможно подкупить. Он существует ради одной и только одной цели: утаскивать грешников в Яму. И я натворила такое, что он взбесится и будет искать нас.
– Кто его посылает? – спросил Джо, когда в дверь вошла потрепанная, измученная женщина то ли двадцати, то ли шестидесяти лет, настороженно оглядывающаяся по сторонам. – Кто устанавливает правила?
– Какая разница? – ответила Дейзи-Мэй. – Здесь нет верховного суда, здесь нет права на апелляцию. Это суровая ветхозаветная хрень, и ты либо убираешься с ее дороги, либо нет.
– Тогда как мы уберемся с ее дороги? – спросил Джо, огибая женщину и работника ресторана.
– Мы выясним, как ты умер, – сказала девушка. – И чем быстрее, тем лучше.
Джо поманил ее к себе.
– Смотри сюда.
Дейзи-Мэй послушалась – и тут же увидела, чем так заинтересовался Джо.
Мужчина за стойкой засовывал в коробку не бургеры, картошку или куриные крылышки.
Он укладывал туда наркотики.
– Опа, – пробормотала Дейзи-Мэй. – Спорю, этих штук нет в меню.
Джо непроизвольно улыбнулся
– У нас была рабочая теория; мы знали, что наркотики крутятся где-то здесь, только не могли выяснить, через какое заведение их распространяют. Какое-то время думали, что это здешний клуб, но они закрылись из-за драк, а трафик не прекратился, и мы поняли: это что-то другое.
Он наблюдал, как женщина крадется прочь.
– Бедняжка, – сказала Дейзи-Мэй. – Наверное, самый яркий момент ее недели, этот герыч…
– Никто не заставляет ее употреблять, – заметил Джо, не отрывая взгляда от мужчины за стойкой, который оставил свой пост и двинулся прямиком к кабинке Райана. – Наркомана заставляет только сам наркоман.
Дейзи-Мэй покачала головой.
– Белый мужик средних лет, с деньгами, рассказывает нищим и отчаявшимся беднякам, как им жить… Охренеть.
– Ты не знаешь, на что похожа моя работа, – сказал Джо, направляясь к столику Райана. – Ты не знаешь, что я повидал.
– Ты не знаешь, на что похоже, когда из тебя выдавливают надежду, – ответила Дейзи-Мэй. – Если она у тебя вообще есть. Та женщина была моей мамой, моей подругой, моей теткой. Сынок викария, что ты знаешь о ее жизни? Твоя-то шла как по гребаному маслу.
– Напоминаю, что я истек кровью на ферме.
Дейзи-Мэй насмешливо изобразила исполнение траурного марша.
Тем временем менеджер ресторана уселся в кабинке рядом с Райаном. Дилер ерзал на сиденье, отчаянно желая оказаться в любом другом месте.
– Как прошло в пабе? – спросил менеджер, запихивая прядь волос обратно под шапочку.
– Мощно, – сказал Райан.
– Была отдача с фермы? Кто-нибудь задавал вопросы?
«Вот оно», – подумал Джо.
– Таких дураков нет. Что здесь?
Менеджер откинулся назад, закинул руки за голову, король в своем королевстве.
– Люди хотят свои конфетки. Мертвец этого не изменит.
– Насчет этого, – сказал Райан.
– Я не задавал никаких вопросов, – продолжил менеджер, – потому что кому нужны ответы? Что они изменят?
Райан дернул бейсболку за козырек, натягивая ее глубже.
– Похоже, вроде все ставки сняты. Типа, перешли черту.
Менеджер ухмыльнулся.
– Пацан, а чем, по-твоему, мы тут заняты? Это игра. Поздновато спрашивать о правилах.
– Мне все норм, – сказал Райан.
– Мне плевать, норм тебе или нет, – ответил менеджер, – до тех пор, пока ты не распускаешь язык.
– Я перед тобой не отчитываюсь, так? – сказал Райан, подавшись к нему. – Я отчитываюсь перед боссом, а тебе это не светит.
– Рад, что ты вспомнил про босса. Он хочет тебя видеть.
Райан моргнул.
– Сегодня?
– Ну не завтра же.
– Где?
– А где ты думаешь?
Райан выпрямился, его колени елозили под столешницей.
– Чего он хочет?
Менеджер встал, край стола вдавился в его живот.
