– Все сделки – отстой. А сделка с копом… Даже не думай.
– Так нам не дадут денег, что мы пришли?
– Заманили сюда, блин… А зачем, а?
– Да, зачем – это вопрос, – сказал Джо, осматривая зал. – Я не вижу Райана.
Дейзи-Мэй побежала в глубь комнаты.
– Принято.
Из-за входной двери донесся стук – металл терся о металл, ключ поворачивался в замке.
– Джо, – крикнула Дейзи-Мэй. – Ты мне нужен здесь, срочно.
Убедившись, что канистра опустела, Райан швырнул ее к горке других и достал зажигалку. Каждый дюйм комнаты был покрыт бензином.
– Ну не могут же они просто взять и сжечь всех этих людей? – неуверенно спросила Дейзи-Мэй.
Райан отошел к задней двери, щелкнул зажигалкой.
– Похоже, именно это они и собираются сделать, – ответил Джо. – И нам придется их остановить, даже если это означает проклятие. Если мы останемся стоять в стороне, жить с этим будет хуже любого наказания, которое может выдумать Ксилофонный Человек.
Райан открыл заднюю дверь – рука поднята, пламя трепещет на ветру.
– Знаешь, что бывает, когда нарушаешь правила второй раз? – сказала Дейзи-Мэй.
– Нет.
– Тебе не дают третий шанс. Никогда.
Райан посмотрел на зажигалку, будто ему ее подсунули.
– Не делай этого, – сказал ему Джо, понимая всю тщетность попытки. – Парень, если перейдешь эту черту, назад дороги не будет.
Райан размахнулся, готовясь бросить зажигалку, Джо попытался схватить его за запястье, но прошел насквозь и потерял равновесие, а Райан только слегка вздрогнул.
– Она погаснет, – пробормотала Дейзи-Мэй, когда зажигалка упала за порогом.
Она не погасла.
Пламя лизнуло пол и от всей души взревело; огненное озеро стремительно превращалось в океан, набегающий на комнату.
Райан бросил последний взгляд и повернулся к двери спиной. Джо и Дейзи-Мэй беспомощно стояли в кухне, а вокруг вилось пламя.
– Почему я не могу сделать, как ты? – спросил Джо, дико оглядываясь по сторонам. – Ты – пятнадцатилетняя девчонка, а я – первоклассный коп.
– Ага, только мертвый, – отозвалась Дейзи-Мэй. – Чем тут поможет твоя «первоклассность»?
Джо увильнул от подначки.
– Попробуй свой трюк, если отыщешь огнетушитель.
Он выбежал сквозь кухонную стену в зал. Его обитатели начали нервничать; пара направилась к кухне, трое других – к входной двери. Это без толку, скоро они всё поймут. Пит запер дверь.
Может, окна?
Быстрый осмотр подтвердил, что лучше попытаться прошибить лбом входную дверь. Когда военные строили это здание в 1940-х, они строили на совесть и с выдумкой. Окна не шире пачки сигарет напомнили Джо о средневековом замке. Можно выпустить стрелу, но и только.
Он качнулся сквозь входную дверь и увидел Райана и Пита, стоящих рядом с урчащим внедорожником. Райан возбужденно теребил кепку, глядя на горящий центр так, будто совесть убеждала его передумать и спасти душу, а не обрекать ее на вечное проклятие.
– Босс, ну это же херня. Кому они будут трепаться? А даже если будут, им все равно никто не поверит.
– Они могут опознать нас обоих, связать напрямик с «графской трассой», – ответил Пит, прогревая двигатель. – Все шло хорошо, пока шло, но с этим покончено.
Райан сдернул бейсболку, снова натянул; из-под повязки виделась корка крови, окружавшая глаз. – Блин, но мы же их живьем сожжем. Блин…
– Ты получил приказы. Забери все из тайника у Джози, и встречаемся у дома преподобного. Я закрываю трассу. Ты получишь плату, и мы расходимся… – Пит в последний раз взглянул на здание. – Там, внутри, одна мразь, Райан. Мы оказываем им услугу.
Дейзи-Мэй, когда ее нашел Джо, возбужденно растирала руки, наблюдая за пойманными в ловушку мужчинами и женщинами, которые отчаянно колотили во входную дверь и безнадежно – как понимал Джо – звали на помощь. Из кухни выбирался дым, бросая голодные взгляды на людей.
– Кухня накрылась, – сказала Дейзи-Мэй. – Сплошной огонь.
Короткая пробежка – и Джо увидел, что она права. Пламя уже пожрало горчичного цвета плитку и колонизировало древнюю плиту, стол и кресла. Задняя дверь, однако, была открыта, и внутри Джо вспыхнула надежда, горячая, как пламя вокруг.
«Райан оставил ее открытой. Наверное, какая-то часть его совести оставила душе лазейку».
Затем Джо сообразил, что верно обратное: они оставили дверь открытой, чтобы быстрее раздуть пламя, создав вихрь кислорода и огня, сквозь который невозможно пройти, не обгорев насмерть. Из зала донеслись крики ужаса, когда туда начало пробираться пламя. Джо, отшатнувшись, глядел, как люди сгрудились у входной двери, понимая, что сзади уже не пройти. Они колотили в дверь, скребли ее, царапали, кричали, отчаявшись сбежать от наступающего огня.
Джо закрыл глаза, желая, чтобы он смог умереть еще раз, желая быть умнее, чтобы его послежизнь не была таким кошмаром и чтобы кто-нибудь пришел на помощь.
Выбора нет. Просить ее – смертный приговор, красный флаг, объявляющий о ней Ксилофонному Человеку, но выбора нет. Если они не помогут живым, когда у них есть шанс, какое право у «Отряда мертвых» искать правосудия для мертвецов?
