Одноглазый сгрёб Ромашку и посадил её в клетку. Пират крепко заткнул ей рот кляпом, и хоббитянка могла только бессильно наблюдать, как её спутники в компании с бандитами наслаждались зрелищем ничем не прикрытой красоты девушек дивного народа. В эти минуты Ромашка Хавкинс ненавидела и бесстыдных эльфийских девок и весь Валинор вместе взятый.
Но вот, наконец, эльфины вдоволь наплескались, и, одевшись, удалились из поля зрения, вызвав у публики вздох разочарования.
— Мнда, — молвил Бармалей, и с удивлением оглядел сидевшего рядом Моторина.
— Точно, — подтвердил гном.
— После такого хорошо бы выпить, — мечтательно произнёс Свэн.
— Закатай губу, Пузырь! Уже три дня, как допили последнее! — возмутился боцман.
— Мужики! — вскричал возбуждённый Малыш. — Так у меня же есть!
— Откуда? — поразился Велп. — Я же всё проверил!
— Не там искали! — Малыш порылся под кольчугой и извлёк коричневую таблетку. — Во! Пивной концентрат, только добавь воды!
— Отлично! — воскликнул Бармалей. — Все, кроме боцмана, идут к роднику и приносят по два шлема воды. А ты, Блин, тащи всё оставшееся мясо, шашлык делать будем!
Работа сразу закипела. Пираты нацепили по два шлема на копья, и, используя их в качестве коромысел, дружно потопали за водой. А гномы взялись помогать боцману, и бойко нарезали ножами мясо, так что, когда вернулись водоносы, их уже встречал аппетитный запах жареного шашлыка. Малыш тут же превратил всю воду в пиво, и пираты стали считать его самым лучшим магом Средиземья всех времён и народов. Присутствующие, кроме сидевшей в клетке Ромашки, получили по полному шлему пива, и слово взял главарь:
— Мужики! Тут у нас возникали кое-какие недоразумения…
— Уже забыли! — благодушно пробасил Моторин, трогая шишку на голове.
— Так вот, — продолжил Бармалей. — Мы интернационалисты, и ненавидим все народы. Но в любом народе попадаются хорошие парни. Вот сегодня нам попались четыре клёвых мужика, и я готов с ними выпить. Я выпил бы и с эльфом, будь он хороший парень, но только не с валаром. Итак, наш первый традиционный тост — за Нашество!
Все встали и выпили. Затем Моторин произнёс в ответ:
— За гостеприимных хозяев!
После того, как все осушили посуду, Рей Аркан провозгласил новый тост: — Чтоб побольше хороших парней попадалось!
— Слушайте, мужики, вступайте в мою команду! Нам народу не хватает, а вы мне нравитесь! — добавил Бармалей.
— Рады бы, да не можем, — вздохнул Бродо. — Средиземье спасать надо.
— От кого и зачем? — поинтересовался атаман.
— От Тёмных Сил, а может быть, даже, ещё и от валаров, — задумчиво ответил Малыш.
— А спасаем потому, что это наша Родина, — добавил Бродо.
— Родина? — удивился Бармалей. — Вот этого не понимаю. У нас нет Родины. Наша Родина — это Свобода. Поэтому я больше всех ненавижу валаров, покусившихся на нашу свободу. Ваш выбор я не понимаю, но уважаю. А если понадобится помощь против валаров, то мы всегда к вашим услугам. Всё равно нас рано или поздно перебьют или повесят, так уж лучше погибнуть в бою с самым сильным врагом, хоть как-то отомстив, чем просто болтаться в петле. Так выпьем же за то, чтоб валарам пусто было!
Когда они выпили, Велп хвастливо заявил:
— Смотри, Вашество, какую штуку я оттопырил! — в его руках была трубка хоббита и мешочек с синим порошком. — Сейчас закурим трубку мира!
— Не смей! — крикнул Бродо, повинуясь страшному предчувствию. — Это же валарская штучка, а в тебе слишком много чёрной крови!
— Тебе для друга жалко! — обиделся Велп и затянулся.
Тут же глаза его вновь округлились и полезли на лоб. Он хрюкнул и повалился без чувств. Подскочивший к нему хоббит выхватил трубку и тут же увидел Гэндальфа. Старый маг чуть сам не грохнулся в обморок:
— Ну, Заскокинс, такого от тебя даже я не ожидал!
— Да пошёл ты, старый пень! В кои-то веки посидишь спокойно с друзьями, отдохнёшь от всех забот, так придёт ведь и всё опошлит!
— Поговори мне ещё, пьёт тут с орками!
— Что ты понимаешь, а туда же майар! Это же Блудные Дети Эру!
— Кто тебе сказал такую глупость?!
— Авари, которые уже просвещают Мордор, а им — сам Дух Познания, Великий Орлангур!
— Ага, вот ты и проболтался! — обрадовался старый маг.
Затем лицо его приобрело озабоченное выражение, и он постепенно растворился в воздухе.
В эту ночь снова снились кошмары. Бродо увидел огромного чёрного волка, мчавшегося в ночи гигантскими скачками. На спине у волка сидела всадница в чёрном плаще. Всадница была красива, но свирепое выражение лица и налитые кровью глаза производили отталкивающее впечатление.
Вдали замелькали огоньки факелов, которые быстро приближались, и вот варг остановился в кругу огней. Тысячи собравшихся орков попадали на колени. Чёрная всадница слезла со своего скакуна. На губах её играла торжествующая усмешка, она упивалась своей властью.
