«Цветы выброшены на помойку» — повторил Бак про себя слова Хлои. Ему не приходилось раньше слышать этот оборот. Должно быть, он из молодежного сленга. Бак считался выдающимся журналистом, но такого выражения не знал.
— Прости?
— Слишком поздно извиняться, — был ответ.
— Я просил прощения за то, что не понял выражение.
— Ты меня хорошо слышишь?
— Я хорошо тебя слышу, но я не понял смысл этого выражения.
Рейфорд делал Хлое руками знаки, чтобы она успокоилась. Он боялся, что она может взорваться. На протяжении всего разговора она не уступила Баку ни на дюйм. Если в обвинениях Хлои даже и была какая-то истина, она просто не давала ему возможности объясниться. Возможно, Бак еще не оставил все привычки своей прошлой жизни. Может быть, по каким-то вопросам и стоит говорить откровенно, но разве это не было справедливо по отношению ко всем четырем членам Отряда скорби?
— Значит, увидимся вечером, — закончила Хлоя, — но только не до собрания. Я не знаю, будет ли у меня время после собрания, это зависит от того, когда оно закончится… Брюс говорит, что оно будет продолжаться с восьми до десяти. Но Бак, до тебя дошло, наконец, что я не хочу с тобой сейчас разговаривать? Не знаю, захочу ли я разговаривать потом… Да, увидимся там.
Она повесила трубку.
— Ох, какой это настырный человек! Я увидела в нем такое, чего раньше не замечала.
— Так ты все-таки хочешь, чтобы у вас получилось? — спросил Рейфорд. Она покачала головой:
— Что было, то прошло.
— Но все еще саднит?
— Конечно. Просто я не представляла, как я размечталась.
— Мне жаль тебя, дорогая.
Она села на диван и закрыла лицо руками.
— Папа, я понимаю, что у нас с ним нет никаких обязательств друг перед другом. Но как ты считаешь, мы общались достаточно много, чтобы я могла знать, что в его жизни кто-то есть?
— Да, пожалуй, что так.
— Неужели я совершенно ошиблась в нем? Выходит, он считает нормальным говорить мне о своем увлечении и не сообщать, что он уже связан обязательствами?
— Не представляю.
Рейфорд не знал, что ему еще сказать. Если верно то, что говорила ему Хлоя, он тоже начал терять уважение к Баку. Жаль, он производил впечатление хорошего парня. Рейфорд только надеялся, что сможет помочь им обоим.
Бак был обижен. Он по-прежнему хотел увидеться с Хлоей, но это уже не были те идеалистические мечты, которым он предавался недавно. Наверное, он сделал что-то не так или, напротив, чего-то не сделал. Теперь требовалось нечто большее, чем просто оправдание переменам в его отношении к ней.
«Цветы выброшены на помойку», — вспомнилось ему.
В дверях своей квартиры Бак наткнулся на кучу коробок. Обязательно надо будет поблагодарить Алису. Ему захотелось сразу же начать приводить все в порядок, но нужно было немедленно отправляться в путь, если он рассчитывал застать Хлою до начала собрания.
Он добрался до церкви в половине восьмого и увидел машину Рейфорда, припаркованную рядом с машиной Брюса. «Хорошо, — подумал он, — значит все в сборе». Бак посмотрел на часы. Не забыл ли он перевести их? Неужели он опоздал? Быстрыми шагами он подошел к дверям Брюса и постучал. Ему показалось, что при его появлении возникла какая-то неловкость. В комнате их было только двое.
— Извините, наверное, я приехал слишком рано.
— Да, Бак, — отозвался Брюс, — нам нужно еще некоторое время поговорить наедине, а потом вы присоединитесь к нам в восемь.
— Хорошо. Я поговорил бы пока с Хлоей. Она здесь?
— Она приедет немного позже, — ответил Рейфорд.
— Ладно. Я подожду ее на улице.
— Прежде всего, — сказал Рейфорду Брюс, — примите мои поздравления. Независимо от того, к какому решению вы придете, это огромная честь и достижение. Думаю, нашлось бы очень немного пилотов, которые отвергли бы такое предложение.
Рейфорд выпрямился.
— По правде говоря, долгое время именно так я и был настроен. Конечно, мне это приятно. Брюс кивнул.
— Думаю, что так и должно быть. Чего вы сейчас хотите совета или вам нужно просто выговориться? Конечно, я помолюсь за вас.
— Выслушаю совет.
— Рейфорд, у меня какие-то неопределенные чувства. Я ценю ваше желание остаться здесь, в Чикаго, но следует подумать, не исходит ли эта перспектива от Бога. Я тоже хочу остаться здесь, но чувствую, что Он направляет меня в путь — создавать новые группы, съездить в Израиль; я понимаю, что вы не должны оставаться здесь ради меня, но…
— И это тоже одна из причин, Брюс.
— Я это ценю, но одному Богу известно, сколько я еще буду здесь.
— Вы нам нужны, Брюс. Мне кажется очевидным, что Бог поставил вас здесь с определенной целью.
— Я думаю, Хлоя сказала вам, что я подыскиваю наставников.
— Да, она сказала. Она воодушевлена этой идеей. Я тоже хотел бы поучиться.
