— Он принадлежит к ортодоксальным иудеям, но знает и Новый Завет, по крайней мере, в интеллектуальном смысле. Вам с Брюсом обязательно нужно посмотреть эту передачу завтра днем. Для вас ее, наверное, будут передавать на шесть часов раньше. Скажите всем в церкви, чтобы смотрели, это должно быть очень интересно. Если ты хочешь посмотреть и подписание договора, тебе придется встать рано утром.
— Бак, я скучаю по тебе.
— Я тоже скучаю по тебе, больше, чем ты думаешь.
Когда Рейфорд вернулся в свою гостиницу, оно нашел письмо от Хетти Дерхем:
«Капитан Стил, на этот раз это не розыгрыш. Генеральный секретарь посылает вам билет на праздник, который состоится завтра утром, и выражает признательность за сервис на борту флагмана Мирового Сообщества. Поскольку у него не будет возможности переговорить с вами лично до завтрашнего вечера по пути в Багдад, он благодарит вас за службу. И я тоже. Хетти Д.»
Рейфорд положил билет в бумажник, а записку выбросил в корзину.
Бак, еще не вполне пришедший в себя от перемены времени и драматических переживаний этого утра, решил поспать несколько часов до обеда. Он обедал в одиночестве и с удовольствием, задаваясь вопросом, может ли существовать что-то вроде формального протокола для встречи с посланцами Бога. Кто они — люди или духи? Или это были, как убежден Брюс, настоящи1 Илия и Моисей? Они называли друг друга Эли и Мои-ше. Могут ли они быть возрастом в тысячи лет? Перед разговором с ними Бак был взволнован больше, чем перед интервью с главой государства и даже с Николае jEapnarray.
Бечер обещал быть прохладным. Бак надел плотный еаортнвный шерстяной костюм с очень большими каома-докШг чтобы можно было обойтись без сумки. Он взял е собой, только диктофон, блокнот и ручку, вспомнив, что Джим Борланд из «Уикли» обещал позаботиться о фотографах, которые должны были, сделать большие фотографии этих двоих во время проповеди.
Без пятнадцати десять Рейфорд приподнялся в своей кровати. Он еще подремывал под жужжание телевизора, как вдруг что-то привлекло его внимание. Рей-услышал слово «Чикаго», пожалуй, даже «Чика-ы,», и это окончательно разбудило его. Он стал внимательно слушать, переодеваясь. Телеведущий подводил итог основным событиям в Соединенных Штатах:
Генеральный секретарь в данный момент находится за пределами страны, поэтому мы не можем получить от него комментариев, но магнаты прессы всего мира уже подтверждают это сообщение. Чрезвычайное законодательство позволяет официальным невыборным и международным бесприбыльным организациям возможность неограниченного владения всеми средствами массовой информации; оно предоставляет возможность ООН, которая вскоре будет называться Мировым Сообществом, покупать и контролировать газеты, журналы, радио и телевидение, средства кабельной и спутниковой коммуникации.
Единственным ограничением будет объем капитала, которым располагает Мировое Сообщество, но согласно слухам, рассматривается возможность покупки этой организацией следующих изданий: «Нью-Йорк таймс», «Лонг-Айленд ньюс дэй», «Ю-эс-а тудэй», «Бостон глоб», «Балтимор сан», «Вашингтон пост», «Атланта джорнал». «Тампа трибюн», «Орландо сэнтинел», «Хаустон»…
Рейфорд сидел на краю кровати, слушал и не верил своим ушам. Николае Карпатиу все-таки сделал это. Он ставит под свой контроль основные средства массовой информации и тем самым получает возможность контролировать сознание большинства людей в сфере своего влияния, которая должна в ближайшем будущем охватить всю землю.
Телеведущий продолжал перечислять:
…компании сетевого вещания, «Глобал уикли», «Ньюс уик», «Ридерс дайджест» и еще длинный список других компаний.
Самым поразительным является реакция нынешних владельцев, которые как будто приветствуют привлечение нового капитала и заявляют, что они ловят на слове лидера Мирового Сообщества Николае Карпатиу, который обещает, что никакого вмешательства с его стороны в редакционную политику не будет.
Рейфорду пришло было в голову позвонить Баку. Но он наверняка знал обо всем еще до того, как это сообщение попало в выпуск теленовостей. Кто-нибудь из сотрудников «Глобал уикли» должен был поставить его в известность, либо он мог услышать об этом от кого-нибудь из сотен корреспондентов, приехавших в Израиль на церемонию подписания. Но могло получиться и так, что каждый подумает, что Бака уже проинформировали, и тот окажется в неведении, чего Рейфорд не мог допустить.
Рейфорд взялся за телефон, но в комнате Бака никто не ответил.
Плохо различимая в темноте толпа толклась на расстоянии порядка пятидесяти метров от Стены Плача. Останки нападавшего уже были убраны, а командир воинского подразделения объяснял представителям прессы, что он и его подчиненные не могли принять никаких мер «против двоих безоружных людей, которые никого не трогали, но напротив, стали объектом нападения».
Никто из стоявших в толпе не выражал желания подойти ближе, хотя фигуры двух проповедников еще можно было видеть в конце Стены в тусклом свете заходящего солнца. Они стояли неподвижно и молча.
