— Вопрос в степени этого самого различия, — сказала Аня. — Смотрите. Везде, где мы были раньше, так или иначе, шла война. Или шла, или только что закончилась, или вот-вот должна была снова начаться. И у сварогов, и у вейнов, и на всех Землях-бис. Даже на той, последней, где все, вроде бы, было хорошо, почти, как здесь, пришлось, в конечном счете, обращаться к атлантам, чтобы отразить внешнюю угрозу. Так?
— Ну, допустим, так, — согласился Хельмут.
— Не допустим, а так и есть. А здесь что?
— Что?
— Ты, Хельмут, не вопросом на вопрос отвечай, — подмигнул обер-лейтенанту Александр. — Сам попробуй мозгами пошевелить.
— Можно подумать, что ты ими уже пошевелил.
— Обязательно.
— Ну и?
— Черт с тобой, — засмеялся Велга. — Хотя это видно невооруженным глазом. Аня, думаю, хочет сказать, что за последние полтораста лет не только на
— Именно так! — энергично подтвердила девушка.
— Действительно… — задумчиво произнес Дитц. — Как-то я сразу и не сообразил. Нет, господа, снижение умственных способностей командира — первый признак деградации разведподразделения. Расслабился я тут, чувствую, слишком. Надо срочно что-то предпринимать. Ладно, это потом. Какие выводы из всего этого, Анечка? Хотя, подожди. Я сам попробую.
И Хельмут принялся рассуждать вслух.
— Значит так. У нас — воюют. И воюют везде. Здесь — нет. Раньше тоже воевали, а теперь… Дьявол, раньше они тоже не воевали! Как они могли воевать, если раньше их вообще не было! Вся их история — липа, потому что созданы они совсем недавно. Но, вообще-то, какая разница? Они-то думают, что их Земле сколько-то там миллионов лет, значит…
— Четыре с лишним миллиарда, — подсказал Хейниц.
— Неважно, — отмахнулся Дитц. — Что за манера — перебивать офицеров? Р-распустились… Ладно. О чём это я? Да. Дело не в том, была у них история или нет, а в том, что они думают. А оно, человечество местное, думает, что история у них была. И эта история, так же как у нас, была, в основном историей войн. А теперь перестала. Теперь это история победы над войнами. Какой из всего этого напрашивается вывод? Лично у меня напрашивается вывод, что здесь что-то не так.
И он с гордым видом оглядел аудиторию.
— Браво, — похлопала в ладоши Аня. — А что не так?
— Ёжику ясно, — сказал Валерка. — Тот, кто всё это создал, теперь этим всем и управляет. Подталкивает, можно сказать, развитие в нужном направлении. Чтоб не воевали и были паиньками. Ути-пути, сю-сю-сю, в общем.
— То есть, — спросила Аня, — ты хочешь сказать, что те, кто создал эту другую Вселенную, проводит здесь какой-то эксперимент?
— Вполне может быть. А что? Хозяин, как говорится, барин.
— Данных мало, — сказал Велга. — Опять маловато данных. Может быть, так. А может быть, и не так совсем.
— А самое главное, — добавил Шнайдер, вытаскивая из кармана сигареты, — что от всего этого нам ни холодно, ни жарко. Мне другое интересно. Долго мы тут ещё торчать будем? А то уже и сигареты заканчиваются.
— У меня такое ощущение, что уже недолго, — сказала Аня.
— Хорошо бы… — вздохнул Курт и, с сожалением заглянув в полупустую сигаретную пачку, сунул ее обратно в карман.
Ощущение Аню не подвело — Распорядитель появился на следующий вечер после этого разговора.
Как и в прошлый раз, он возник совершенно бесшумно и незаметно — просто шагнул со двора под навес, откидывая на ходу капюшон плаща.
— Тебя бы к нам, в разведку, — похвалил Стихарь, — цены б не было. Прямо гений маскировки. Ну, привет!
— Здравствуйте, — по лицу Распорядителя скользнула и спряталась в морщинах тень улыбки. — Я обещал вернуться. И вот — вернулся.
— Видим, — сказал Велга. — Здравствуйте, Распорядитель. Чаю?
— Честно говоря, я бы поел, если вас это не затруднит. День сегодня был хлопотный. Проголодался.
— Не затруднит, конечно, — сказала Аня. — Чего бы вы хотели? Здесь работает Линия доставки. Можно заказать, что угодно. Ну, или почти всё.
— Я знаю, — кивнул Распорядитель. — На твой выбор, Анечка. Я неприхотлив. Нахождение в материальном теле приносит свои радости, но имеет и свои недостатки. Например, время от времени хочется есть. Правда, еда сама по себе, тоже приносит радость, так что, у голода тоже две стороны. Впрочем, как и у любого явления в этом мире.
— Что ты вы ударились в философию, Распорядитель, — заметил Руди Майер. — Чую, не к добру.
Распорядитель неопределённо хмыкнул и, поблагодарив Аню, которая поставила перед ним тарелку с мясом и овощами, взялся за вилку.
Ел он, вроде бы, не торопясь, но тарелка опустела на удивление быстро.
— А помнишь, — спросил Валерка (отчего-то сложилось так, что только он единственный из всех обращался к Распорядителю на «ты»), — как ты нас угощал в Крыму? Я прямо обалдел тогда. Скатерть-самобранка!
