Отрочество полностью

Но в начале тайма судья назначил штрафной удар чуть ли ни с центра поля. И Платон, послав всех своих игроков вперёд, так сильно и далеко пробил, что знающий его такие способности, потому вовремя и в нужном месте открывшийся Саша Сталев, оказался у мяча первым и легко довёл счёт до 2:1 в свою пользу. Братья Бобковы даже прослезились.

– «От Кочета даже в воротах покоя нет!» – заметил брату Слава.

– «Гол опять забил Раймон Копа!» – опять громко огласил Платон.

– «С великолепного паса Льва Яшина!» – пошутил и Витя Мельников.

Но братья Бобковы с этим были не согласны, и опять бросились в отчаянную атаку.

Если бы они атаковали большим числом игроков, подключая и края, где особенно выделялся быстрый и юркий маленький Вова Зарубин, и полузащиту, где был великолепен, со своим постоянными и точными пасами братьям, Вася Симаев, то возможно команде класса «В» пришлось бы худо.

Но Бобковы были самолюбивыми эгоистами и любили себя в футболе, а не футбол в себе, к тому же, всё время конкурировали между собой. И это мешало их результативности. Но и тут количество постепенно неумолимо перешло в качество. В один из моментов Слава, опять получив пас от Васи, прорвался по центру, но не стал бить, увидев выбегающего ему навстречу Платона, а передал мяч вправо брату, выбегавшему на место правого полусреднего. И тот сходу и сильно пробил в ближний угол, но мяч чуть закрутился вправо и уже уходил за пределы поля, провожаемый удовлетворённым взглядом Платона. Но тут случилось непредвиденное. Инстинктивно пытаясь защититься от летевшего в неё мяча, стоявшая вплотную к штанге Таня Онегина, невольно выставила чуть вперёд одно бедро, от которого этот мяч и влетел в угол ворот: 2:2 (?!).

Бобковы вскричали и вскинули руки верх, празднуя гол.

Но Платон их поначалу расстроил:

– «Гол не считается! Мяч летел мимо и попал в ворота от болельщика!».

– «Как это не считается?! Мяч влетел в ворота от вашего болельщика! Ему не надо было здесь стоять! Вот если бы мяч влетел от нашего, тогда да, не считается!» – напирали оба брата Бобковы, наперебой сыпля аргументами.

– «Но это же нейтральная помеха, независящая от нас!» – подбежал к спорящим Витя Мельников.

– «Да, нейтральная! Но по чьей вине? Если бы помеха была по нашей вине, тогда не засчитывается! А тут по вашей! Так что два – два!» – безапелляционно высказался Слава Бобков, у которого от досады уже даже вступили слёзы.

– «Меня вы не убедили! Но пусть окончательно решает капитан!» – согласился Платон, видя, подбегающего Сталева.

– «Платон! Да пусть будет два – два!» – окончил он спор.

– «Эх, Танька, Танька! Из-за тебя гол засчитали! Отойди подальше!» – наскочил Кочет на Онегину.

– «Платон! Давай сейчас ты поменяешься в воротах с Вовкой Новиковым, ты выйдешь вперёд, и мы им забьём!» – неожиданно предложил Саша, знавший, каков Платон бывает в гневе и азарте.

Так они и поступили. Новиков не возражал, так как это было оговорено до игры, как вариант.

Платон подошёл к мячу начинать с центра.

– «Вить! Начни ты и дай мне чуть вперёд!» – попросил он Мельникова.

И тот дал, а Платон, как танк, резко и неожиданно ранул по центру, пробросив себе на выход мяч и оттолкнув руками в обе стороны братьев Бобковых, пытавшихся сделать ему коробочку. Вырвавшись на пустое пространство, он увидел, всегда под него открывающегося на правом краю, Сашу Сталева и дал ему пас в разрез с левой. И Саша устремился к воротам, на скорости обводя соперника и срезая поле к углу штрафной площадки.

А Платон, как у них было давно наиграно, рванул к воротам по центру, ожидая ответного паса. И Саша вовремя прострелил, а Платон сходу мощно ударил и попал под перекладину, сделав счёт 3:2.

– «Ур-ра!» – закричали девчонки из их класса, среди которых громче всех звучал голос Тани Онегиной.

– «Гол забил Альтафини!» – теперь громко объявил Витя Мельников.

– «Нет! Дино Сани! – поправил его Платон – Вить! Я же не только в нападении играю!».