И игроки соперников стали бояться его бросков, на всякий случай уворачиваясь от брошенной им шайбы. А поскольку Платона никто не учил броскам, то он пробовал делать их по-разному, новаторски подходя к поиску оптимальных вариантов для разных ситуаций. Причём он, сам того не зная, стал бросать шайбу не щелчком с замаха, а чуть ли не одними кистями, без замаха и любой стороной крюка клюшки, причём хватом и слева и справа. Ведь он был двуруким и двуногим, но с преимуществом правых конечностей.
То есть, он постепенно научился отрывать шайбу ото льда. Сначала чуть накрывая её, лежащую в стороне от ноги, крюком клюшки и немного вдавливая в лёд, и так немного провозя её по льду, потом резко выворачивая кисти рук вверх, сразу добавляя усилия локтями, предплечьями и поворотом корпуса в пояснице.
Но больше всего он любил бросать, при этом делая очень сильный верхом и потому дальний бросок, в противоположную сторону от хвата руками, не вперёд, а назад, как бы за спину через плечо. Платон чувствовал, как такому его броску помогает всё тело. И когда его партнёры застревали в частоколе коньков и клюшек у чужих ворот, то они отдавали ему пас назад, а сами разъезжались в разные стороны от ворот, готовясь, в случае чего, добить отскочившую шайбу. И даже без коньков Платон часто забивал. Ему так понравилось играть в хоккей, что он стал мечтать о коньках, узнав, что для хоккея оказывается нужные другие коньки – канады. И теперь он больше увлёкся коньками.
Он даже начал болеть по телевизору за наших спортсменов, когда 17 и 18 февраля 1962 года в Москве состоялся 56-ой чемпионат мира по классическому конькобежному многоборью, завершившийся победой в общем зачёте Виктора Косичкина, ставшего третьим на дистанции 10.000 метров. Дистанцию на 500 метров выиграл Евгений Гришин, а на 1.500 – Борис Стенин. Остальные победы на дистанциях 5.000 и 10.000 метров были за шведами Нильссонами. Вместе со 107.000 зрителей Лужников он особенно следил за решающим последним забегом Виктора Косичкина и шведа Йонни Нильссона.
Теперь и большинство политических и прочих новостей семья Кочетов стала узнавать по телевизору.
Так Платон узнал, что 19 февраля в Женеве состоялась очередная встреча руководителей трёх противоборствующих в Лаосе сторон. А 20 февраля о первом американском орбитальном полёте, на этот раз Джона Гленна на космическом корабле «Меркурий-6».
И вся семья Кочетов теперь стала смотреть по телевизору не только новости и другие передачи, но и художественные фильмы.
Но ещё в Москве по соседскому телевизору и в кинотеатрах Платон вместе с родителями успел посмотреть кинофильмы «Адские водители», «Где одного алиби мало», в названии которого он по незнанию сначала делал ударение на первом «и», а также «Бродяга», «Кочубей», «Тарзан» и «Багдадский вор», иногда представляя себя в роли одного из героев фильмов.
Во время одного из таких мечтаний при выходе из школы, Платон неожиданно получил сильнейший удар снежком в глаз, после чего тот долго слезился и был закрыт лёгкой пеленой. Но к его сожалению никто не смог сообщить ему имя хулигана. Да, если бы даже он и знал его, то всё равно было понятно, что тот кидал снежок в любого выходящего из дверей школы. А когда увидел в кого попал, то, испугавшись, наверно сразу драпанул что есть мочи.
Это чуть было не сорвало его очередную лыжную поездку с отцом в воскресенье на станцию Планерную. Но глаз быстро восстанавливался и помехой очередным его подвигам на громадной горе не явился. А сослуживец отца Лев Ефимович Барский так даже открыто восхитился успехами весьма рослого тринадцатилетнего подростка – сына своего коллеги, сфотографировавшись с Кочетами на память.
В этот период из-за прилива сил Платон чувствовал себя Гераклом, готовым исполнить и все его подвиги.
Поэтому семнадцатилетний сосед с первого этажа их подъезда и самый сильный в их доме Слава Баринов, как-то раз взял рослого мальчишку с собой на свидание с двумя девочкам, с которыми познакомился накануне и которым обещал привести на свидание своего друга – ровесника.
И Слава это уловил, став очень упрашивать Платона выручить его хоть один раз. И тот, ещё не имевший опыта любовного общения с девчонками, из-за любопытства согласился.
