Отрок (XXI-XII) полностью

- Слыхал, Лавруха? Парень-то верно все понял!

- Отвлеклись мы, батюшка, а время-то идет. - Лавру дедовы воспоминания были не интересны - давно все знал и сам.

- А ты что, спешишь куда, сынок? - ласково поинтересовался Корней.

- Так люди же за тыном уже две ночи провели. Все уже своих холопов, наверно, разобрали, только наши остались. Идти надо, батюшка, людей по жилью разводить, наши же холопы!

- Эх, Лавруха, Лавруха.

Дед сокрушенно покачал головой и вдруг рявкнул что есть мочи:

- Невместно сотнику!!!

Мишка и Лавр вздрогнули от неожиданности, за дверью кто-то испуганно шарахнулся.

"Подслушивают нас, что ли?"

- Это твой, Михайла, дружок - Афоня - обрадовался, вприпрыжку побежал холопов забирать, а мне невместно. - Корней, почему-то, адресовался внуку, а не сыну. - Лавруху, вот, пошлю, но не сейчас, а завтра. Сегодня Татьяна с Анной родню разместят. Ужин бабы накроют в самой большой горнице, все семейство вместе соберется. А холопами завтра займемся. Или послезавтра. Должна быть разница между холопами и родней! И разницу эту должны увидеть и понять все! Переночевали две ночи за тыном, переночуют и еще раз, а то и два.

Дед расстегнул кожух и, повозившись, сбросил с ноги протез, показывая, что рассчитывает сидеть долго, потом продолжил, уже не повышая голоса:

- Лавруха, ты послезавтра поедешь верхом, в броне и с мечом за тын. Возьмешь с собой Роську, Матвея и кто еще из мальчишек сможет верхом ехать. Тоже в бронях и при оружии. Разговоры особенно не разговаривай, посмотри, кто как устроился. Отбери десять хозяев, у которых в семье порядок, ночлег хорошо устроен, дети и скотина обихожены, в общем, десять лучших - сам разберешься. Этих десять семей отправим на выселки. Там все в упадке: сгнило, заросло, вот самых ухватистых туда и пошлем.

"Вот так, сэр! Почти слово в слово то, что Вы Афоне насчет невербального ряда объясняли. Ни слова не говоря, даже сам не показываясь, сразу же вываливает на людей кучу информации. Всем бывшим куньевцам - разницу между родней сотника и чужими. Родне - как их положение выгодно отличается от положения других бывших односельчан. Новым холопам - что попали они к военным людям, что до сотника им, как до Бога и что оценить их здесь умеют по достоинству, чуть ли не с первого взгляда. Даже ратнинцам - что род Лисовинов к приобретенному богатству относится спокойно, без суеты. Управленец Божьей милостью. Или учили хорошо. Только есть, ведь, вещи, которым не научишь, управление это только наполовину - наука, а наполовину - искусство".

- А у господина сотника - продолжал дед - и другие дела есть, вот, к примеру, с ученым человеком Михайлой Фролычем о книжной премудрости потолковать. Давай, Михайла, дальше рассказывай, только, ты уж, как-нибудь книжную премудрость с жизнью соединяй, а то не сразу и поймешь, о чем ты толкуешь. На чем мы остановились-то?

- На том, какая цель у князя Ярослава была. - Напомнил Мишка.

- Ага! Кхе… - Дед поерзал, устраиваясь поудобнее. - Не знаю я, сам думай.

- Смотри, деда, славяне живут в этих местах испокон веку, еще со времен до рождества Христова. - Мишка решил зайти издалека, благо дед, облегчив душу криком и командным тоном, был расположен послушать. - Были у них какие-то свои порядки, обычаи. Сейчас уже не узнаешь точно, только легенды сохранились. Здесь - на Днепре, Припяти и их притоках была северо-восточная граница славянских земель. Постепенно разошлись на разные племена: поляне, древляне, дреговичи, кривичи… Значит, порядки и обычаи изменились, ведь, у разных племен они, хоть немного, но были разные.

Два с половиной века назад сюда пришли варяги. Взяли полянский Киев, подчинили другие племена, заставили платить дань, но князья, пока, почти у всех оставались свои. Опять порядки изменились. Прошло еще около ста лет и княгиня Ольга разгромила княжество древлян, а дреговичей вообще с трех сторон зажали: с севера полоцкие князья, с юга киевские, с запада волынские. Было, ведь, время, когда туровские земли Волыни принадлежали. И не стало у славянских племен своих князей, а стали киевские князья сажать к ним родню - Рюриковичей. Еще раз порядки сменились. А потом внук Ольги Киевской Владимир Святой крестил Русь. Правда, это только так говорится, что сразу всю Русь, на самом же деле…