Девиц, прибывших для обучения в Воинской школе, отец Михаил буквально изводил длинными и нудными поучениями о надлежащем поведении благонравных дев, попавших в окружение такого количества молодых людей. Кончилось это тем, что Анна-старшая устроила скандал, но не монаху, а Илье, слишком медленно перемещавшего имущество Воинской школы из Нинеиной веси в крепость. Из-за этого ладья, перевозившая это самое имущество, не могла вернуться в Ратное, а надежды на то, что священник отправится домой посуху, не было - вряд ли ему очень хотелось еще раз, хотя бы проездом, оказаться в селении волхвы.
Мишка, правда, сильно подозревал, что нравоучения отца Михаила адресованы были не только девицам, но и матери, из-за ее "неформальных" отношений со старшим наставником Воинской школы Алексеем. За это-то, видимо, и поплатился Илья, ни в чем, кроме скрупулезно-неторопливого исполнения своих обязанностей, неповинный.
Мать тоже навещала Мишку каждый день, но было похоже, что она сильно подозревает сына в симуляции, во всяком случае, о симптомах заболевания Анна Павловна выспрашивала очень дотошно. Выглядела она прекрасно - помолодевшей, посвежевшей, веселой, временами напоминая студентку старшекурсницу, смывшуюся с лекций. По всей видимости роман с Алексеем, без дедова пригляда, развивался без проблем, разве что, отец Михаил добавлял ложку дегтя в бочку меда.
Мать можно было понять - постепенно начала вырисовываться опасность того, что монах, озабоченный недостаточным благочестием "гарнизона" засядет в крепости очень надолго. Во всяком случае, в одно из посещений, он не выдержал и пожаловался Мишке на трудности работы с новообращенными отроками, придав, правда, жалобе форму поучения.
- Буди бдителен, Миша! То, что они вызубрили Символ Веры и несколько молитв, еще ничего не значит! Дух их с младенчества отравлен поклонению языческим демонам, паче же всего, Велесу. - Обычно сдержанный в мимике и жестах отец Михаил, при упоминании языческого божества, передернул плечами - на то знобко, не то брезгливо. - Он царствует в подземном царстве, а ты знаешь, как по-настоящему зовется тот, кто владеет подземным миром! Но это еще не все, сын мой, это порождение мрака еще и владычествует над тварями бессловесными. Не обольщайся мирным названием "скотий бог", в его власти пребывает не только домашняя скотина, но и хищные звери, в том числе и те, что не от мира сего.
В каждом из новообращенных отроков таился "Зверь Велеса", таинством Святого Крещения он был изгнан, но постоянно стережет упущенную добычу, дабы водвориться в нее вновь! Помни об этом! Помни и о ведьме, которая не успокоится, пока не поможет сим чудовищам снова овладеть неокрепшими душами! С болью и смятением вернусь я в Ратное - не надо бы мне оставлять здешнюю паству, но и там я нужен, может быть, даже больше, чем здесь. Здесь - десятки душ требуют неустанного пастырского надзора и поучения, а там - сотни!
Наконец транспортные операции были успешно завершены, и ладья, переправив все, что требовалось из Нинеиной веси в крепость, двинулась вниз по течению, увозя с собой отца Михаила заодно со всеми создаваемыми им проблемами. Мишка после десятидневного домашнего ареста, который сам же себе и организовал, "выздоровел" и был готов с головой окунуться в дела Воинской школы. Первым делом он собирался лично познакомиться с новобранцами, затем вместе с Ильей провести инвентаризацию имущества и запасов Воинской школы, потом…
Все планы поломал Стерв. Ладья, наверно, еще и не отчалила, а в горенку, специально выгороженную для старшины Младшей стражи на втором этаже казармы, заглянул Стерв.
- Михайла, пленного допрашивать сам будешь или Алексея позовем?
- Какого пленного? Дядька Стерв, ты что, за болотом "языка" добыл?
- Ну. Ты же сам велел. Он уже неделю в погребе сидит - Алексей не велел попу показывать. Так звать Алексея-то?
- Погоди, ты сначала расскажи, что сам видел. Болото широкое, перейти трудно?
- Широкое, чуть не полдня перебираться пришлось, - принялся обстоятельно отчитываться Стерв - но трясин особых нет, дно почти везде неглубоко и твердое, хотя, если дороги не знать, можно и с головой окунуться. Ближе к тому берегу островок есть, и на нем избушка поставлена. По всему видно, что постоянно в ней не живут, а устроено там все так, как нужно для людей, возвращающихся издалека и после непростых дел. Дрова запасены, два котла - большой и маленький, запас еды, чистое полотно для перевязок, кой-какие лекарства. Одновременно могут разместиться человек шесть-семь, а если потесниться, то и десяток. И запасов на десяток человек, даже если есть несколько раненых, хватит дня на два-три.
Я так думаю, что эту избушку для того и держали, чтобы те, кто возвращается, могли передохнуть, раненых перевязать, заночевать, если темнота на болоте застанет. Но в последнее время там никого не было, похоже, что после того, как они на нашем берегу в ловушку попали, больше там не ходили.
- А дальше, за болтом?
