Зоуи была для Лейна лучшим другом — первым за всю жизнь. Если не считать Дерека Бишопа, но после того, как мама застукала их за поцелуем, Дерек с ним больше не общался. Заметив, как переглядывались родители, Лейн порадовался, что наконец — то у него появился друг, которого можно было им представить.
— И как же вы познакомились? — сверкая глазами, спросила мама.
— О… м — м–м. Здесь. Мы с парнями пришли сюда после матча с нашими соперниками. Того, где я забил победный гол. Помните? — Они кивнули, потому что были хоккейными родителями. И неважно, что Лейн играл за тысячу километров от дома. Они были в курсе, когда их сын забивал победный гол. — Она была нашей официанткой.
Иногда мой сосед… э — э… ведет себя не очень вежливо, — серьезно заявил Лейн. Родители встревожились, будто Лейн сообщил, что Райан торговал наркотиками. — В общем, мы разговорились, и она подвезла меня до отеля.
Лейну вспомнилось, что произошло
Мама похлопала его по руке.
— Я рада, что ты был вежлив. Каждой матери хочется такое слышать. Кому — нибудь стоит научить твоего соседа, — мрачно сказала она. А потом опять улыбнулась. — Кажется, она хорошая девушка, Лейн.
Они пообедали, и пока Лейн трещал о расписании, тренере и отрабатываемых упражнениях, вернулась Зоуи и рухнула на стул рядом с ним. Как и было обещано, она принесла молочный коктейль. С тремя трубочками.
— А где твоя трубочка? Только не говори, что на работе тебе нельзя пить коктейли.
У меня ты постоянно воруешь, — съязвил Лейн, и она отвесила ему затрещину. — Ау.
Перестань. Ты же знаешь: травма головы — серьезная штука.
— Не дразни меня шоколадом. — Зоуи показала ему язык. — И не забывай, Лейн: я делаю тебе коктейли бесплатно. Вам понравился обед?
Родители выразили свой восторг, что было мило с их стороны, учитывая, что мама целую вечность не могла доесть бургер, пережаренный до такой степени, что его едва можно было узнать, а отец до сих пор издавал тихие мычащие звуки.
— Ты живешь где — то поблизости, Зоуи? — поинтересовалась мама, потягивая коктейль.
— Не так далеко.
— У нее крутой дом на берегу океана, — заметил Лейн.
— Э — э… Прозвучало роскошнее, чем есть на самом деле. Он арендован. Размером с коробку из — под обуви, и, как только закончится декабрь, мне нужно будет съехать.
— Но он возле океана, — повторил Лейн.
— Никак не пойму, за что ты любишь океан. Ты даже подойти к нему боишься.
— Не боюсь я, — запротестовал Лейн. — Я
Зоуи не отреагировала.
— Надо закончить работу. Наслаждайтесь коктейлем. Он за мой счет. Завтра я приду на игру Лейна, и вы расскажете мне о нем всякие стремные истории.
— Ты ходишь на все игры? — спросил отец и улыбнулся Лейну.
— Если не работаю, да. Никогда не видела хоккейного матча, пока Лейн не дал мне билеты. Там классно. Ему пришлось объяснять суть игры на солонках и прочей фигне, но теперь я понимаю, что происходит.
— Мы будем счастливы помочь тебе разобраться, дорогая, — проговорила мама. — Мы — эксперты.
— Не сомневаюсь. Хорошо. Развлекайтесь. Пока, Лейн.
— Пока, Зоуи. — С улыбкой на губах он смотрел, как она удалялась. Она явно очаровала родителей, что было круто. Они задавали о ней кучу вопросов, и Лейн смутился. Он не осознавал, насколько сильно им хотелось, чтоб у него были друзья.
Родители докинули его до квартиры, а мать поцеловала в щеку.
— Мы с отцом так рады, что тебе здесь нравится, и у тебя есть Зоуи, — изрекла она.
Он лишь кивнул, потом сказал, что они увидятся завтра, и заспешил в постель.
Завтра у них должна была состояться игра, поэтому Райан не
Тем же вечером в постели, поглаживая свой член через пижамные штаны, Лейн вспоминал о Джареде и той ночи, что они провели вместе. Иногда он проигрывал все по порядку, а иногда задерживался на конкретных моментах. Прошлой ночью он перевернулся, стянул пижамные штаны и, ерзая по матрасу и вспоминая о том, как приятно было чувствовать на себе вес Джареда, кончил.
Сегодня же он просто размышлял о туманной и неопределенной будущей встрече в Саванне и о встрече в его гостиничном номере. Он отбросил покрывало и ласкал себя быстро и жестко, погрузившись в воспоминание, как Джаред вбирал его в рот. Ничего приятнее Лейн в жизни не испытывал. И хотел повторить.
Он подумывал позвонить Джареду и сказать: «Я все думаю о том, как ты мне отсасывал. Можешь, пожалуйста, повторить, когда я приеду в Саванну?». Он припомнил, как Джаред издевался над ним и почти запретил кончить ему в рот. И тут же Лейн выгнулся и кончил. Было неплохо, но не так, как хотелось. И он не знал, сможет ли получить желаемое.
