Светлана печально смотрела на дорогу вслед ушедшей «девятке».
— Номера-то хоть запомнили? — возмутился Гурьев.
— Нет, — растерялась я.
— А чего его запоминать? У Веденеева эта «девятка» уже полгода, — недовольно пробурчал Воробьев. — Триста сорок пять, серия…
Я запомнила только цифры, может быть, еще и пригодится. Хотя если эта машина действительно принадлежит Веденееву, то какая нам разница, какой у нее номер. Мимо нас проезжали машины, даже не останавливаясь. И только из какой-то иномарки высунулся паренек и выкрикнул, обращаясь к Светлане:
— Садись, красавица!
Света шарахнулась от незнакомца.
— Ну что? Скоро там? — деловито поинтересовался у Кости Валера.
Костя ничего не ответил, только отмахнулся от Гурьева. Мы все внимательно следили за действиями Шилова, который обходился и без нашей помощи. Уже через несколько минут колесо было заменено, и Валерка небрежно пнул старое ногой, а Костик прикрикнул на него:
— Сдурел, что ли? Как я буду перед начальством отчитываться?
— Бандитская пуля, — пробурчал Валерка, усаживаясь на заднее сиденье «Волги».
По дороге к городу Шилов уже ехал на нормальной скорости с учетом всех дорожных знаков. Воробьев посоветовал нам сообщить в милицию об этом выстреле, но Гурьев не поддержал его.
— Между прочим, в милиции будут всякие вопросы задавать, — заметил Валерий. — Кто? Куда? Зачем? Лучше сказать, что стрелял неизвестный.
Валера замолчал только в тот момент, когда мы въехали в город. Машин на дороге стало гораздо больше. Я по привычке смотрела вперед, отыскивая «девятку», но надеяться на то, что она поджидает нас где-нибудь за углом, было глупо.
— И что, мы так и будем ездить всем табуном? — недовольно проворчал Валера, который не испытывал симпатии к Воробьеву.
— Почему же все? — отозвалась я. — Дмитрия Михайловича мы сейчас сдадим в милицию. Там ему обеспечат достойное прикрытие. Сомневаюсь, что Парамонов с Веденеевым отыщут его там.
— Зачем же в милицию? — настороженно спросил Воробьев.
— Сделать чистосердечное признание, — коварно прошипел Валерка.
— Вы с ума, что ли, спятили? Мне в милиции делать нечего! На меня там все убийства повесят, да еще и ограбление! — возмутился Воробьев. — Разве менты станут выслушивать мои объяснения? Не-е-ет! Не пойду!
— Пойдете! — твердо сказал Костя, и Воробьев покорно замолчал, смирившись со своей участью.
В машине воцарилось молчание. Не звучала даже музыка, слушать которую ни у кого не возникало желания. Костик постоянно останавливался на светофорах, попадая под красный свет, и, конечно, по городу мы ехали гораздо дольше, чем по трассе.
— Будто все светофоры в одно место собрали! — возмутился Валерка, как только Костик остановился на одном из перекрестков.
И тут случилось совершенно непредвиденное. Воробьев резко распахнул дверь и бросился под колеса проезжающей рядом с нами машины по встречной полосе. Заскрежетал противный звук, и водитель новенького «Ауди», еле справившись с управлением, резко притормозил.
— Козел! Куда прешь?! — кричал седой мужчина из салона автомобиля на Воробьева, который юрко добежал до тротуара.
— Валерка, за ним! — скомандовала я от неожиданности, хотя Гурьев и так уже вылетел из «Волги».
— Дурень! Менты стоят! — продолжал вопить владелец «Ауди», высунувшись в окно.
Воробьев ловко перескочил через невысокую решетку, ограждающую тротуар от проезжей части, и помчался по тротуару, грубо расталкивая попадающихся навстречу прохожих. Валерка бросился за ним вдогонку. Учитывая странный наряд Воробьева, он больше напоминал больного из психиатрического учреждения, нежели нормального человека, а Валерка, соответственно данной ситуации, — врача без белого халата.
Стоящие за нами машины усиленно сигналили, так как зеленый свет уже зажегся, а Костик продолжал стоять на месте. Поэтому ничего не оставалось, как пересечь перекресток, переехав на другую сторону улицы.
Если бы за Воробьевым бросился не Гурьев, а Шилов, не сомневаюсь, что тот был бы пойман уже через пять минут. Но, к сожалению, Шилов был за рулем и не мог бросить машину.
Валера же возвратился один и, тяжело дыша, сообщил, что догнать Воробьева ему не удалось.
— Надо же, как ментов испугался! — заметил Костя. — Не надо было вообще ему говорить, что везем его в милицию.
Мы с Валеркой чувствовали свою вину и опустили головы. Мало того, что потеряли из виду Веденеева, так еще и Воробьев сбежал. Хорошо еще, что Ракитова оставалась в машине. Валерка бросил на нее свирепый взгляд, и Светлана поспешно сказала:
— Я в милицию тоже не пойду! Меня Слон там достанет!
— А куда ты теперь собралась, дурочка?
— Мне надо спрятаться где-нибудь, переждать, — вздохнула Светлана. — У меня одна знакомая есть, у нее пока и поживу. А потом, когда Слона поймают и этого, на «девятке»… — Светлана замолчала, с опасением глядя на нас. — …Тогда все и расскажу! — закончила она.
