— Да Воробьева! — поспешно сообщил Валера и замолчал. — Да-да! В подъезде собственного дома на лестничной площадке. В него стреляли два раза. Точнее говоря, три. Один раз пуля попала в стену. На крик Воробьева прибежали соседи. Они и «Скорую» вызвали, и милицию! Но убийцу поймать не удалось. Хотя одна женщина заметила, как из подъезда торопливой походкой вышел высокий, чуть сутуловатый молодой человек в кожаном пиджаке.
— Слон! — догадалась я.
— Ничего пока не известно! Менты говорят, что это заказное убийство! А при упоминании о том, что Воробьев являлся партнером Минаевой в фирме «Весна», какой-то майор важно сказал, что будет отрабатываться версия о причастности к этому убийству самой Минаевой.
— Она-то здесь при чем? Бред полный!
— Это менты так считают!
— Валерка, а ты-то как оказался на месте преступления?
— Работа у меня такая! Снимал репортаж с места убийства для «Криминальной хроники», так что мне сегодня на весь вечер работы хватит.
Неожиданно я услышала щелчок и короткие гудки в трубке. Видимо, время, отведенное для разговора, у телефонной карты закончилось. Я подождала немного у телефонного аппарата, надеясь, что Гурьев перезвонит, но телефон молчал.
Я сообщила коллегам, собирающимся домой, о том, что Воробьев найден мертвым в собственном подъезде, но в принципе этой новостью никого не удивила.
— Этого и следовало ожидать! — победно воскликнула Галина Сергеевна. — Воробьев получил свое по заслугам!
Моршакова обожала торжество справедливости. А тем более когда бандит ушел от ментов, да еще и от Валерки, так туда ему и дорога! Ее радостного чувства не могла разделить Лера: ей стало жаль Воробьева. А мне было все равно! Гораздо в большей степени меня по-прежнему волновали деньги, украденные со счета фирмы «Весна».
Теперь я даже не знала, что делать дальше. Где гарантия, что Веденеев с Парамоновым не скроются из города после того, как все следы заметены и даже Воробьев убит? Странно, что на этот раз Парамонов и Веденеев не стали устраивать спектакль с самоубийством или разбойным нападением, а просто пристрелили Воробьева. Уверена, что в подъезде его поджидал именно Слон: по описанию похож. Хотя мало ли в нашем городе высоких сутулых молодых людей?
После того как Веденееву удалось благополучно избавиться от слежки с помощью Слона, Владимир Анатольевич задумал избавиться от Воробьева, который мог пойти в милицию и рассказать про былые грешки трех друзей. К тому же Воробьев слишком много знал и об ограблении Минаевой, поэтому от него нужно было срочно избавляться. Чего уж проще! Подослал Слона. Рано или поздно Воробьев должен был появиться у себя дома.
— Как-то странно все это, — сказала я вслух, прерывая свои размышления. — И вообще непривычно… Только несколько часов назад сидели с Воробьевым в одной машине, а теперь он убит.
— Не надо было его спасать, — буркнул Костя.
— Надо было его там оставить связанным? — поразилась такой жестокости Лера.
— Не надо было туда ездить, — заметил Шилов. — Ничего хорошего из этого не вышло. Воробьев, может быть, до сих пор был бы жив!
— Зато нам удалось спутать планы Парамонова и Веденеева, — напомнила я. — У них все так гладко шло.
— Ни сучка ни задоринки! — поддержала Галина Сергеевна.
— И где теперь их искать? — спросил Шилов.
Я задумалась, так как у меня не было ответа на этот вопрос. «Девятку» мы упустили. Веденеева караулить у порога его квартиры бесполезно, тем более что там оставалась соседка, которая сообщила бы нам, если Владимир Анатольевич возвратился бы домой. Про Парамонова вообще ничего не известно. Я больше чем уверена, что, если даже нам будет известен его адрес, дома Павла Евгеньевича не окажется.
— Поехали по домам! — предложила Галина Сергеевна. — Уплыли ваши денежки! Это ясно!
Моршакова уже подошла к двери и открыла ее. Ожидая, когда мы выйдем из кабинета, она призывно позвякивала ключами. Лера вышла в коридор, Костик галантно пропустил меня за ней, и Галина Сергеевна несколько раз повернула ключ в замке. Давно мы не уходили с работы так дружно!
Уже на проходной Костик предложил свои услуги, чтобы довезти меня до дома, и я не отказалась. Не являясь поклонницей поездок на общественном транспорте, я поспешно свернула к стоянке, пока Шилов не передумал, хотя он, в силу явной симпатии к моей персоне, никогда не отказывался подвезти меня до дома.
Выезжая со стоянки, я заметила Галину Сергеевну с Лерой, которым помахала рукой. На улице уже начинало темнеть, и машин было гораздо меньше, чем днем. Что же Гурьев не звонит? Неужели ему больше нечего рассказать? Может, он что-то обнаружил в ходе осмотра места происшествия? Может, следы шин?
