— Чего уставилась? Давно не виделись? — грубо спросил он, в упор глядя на меня.
— Заткнись! — прикрикнул на него Шилов. — Твое дело отвечать на вопросы, а не задавать их.
— А тебя, гнида, я урою как пить дать! — Это было брошено Косте.
Шилов подошел к Слону и схватился за его связанные за спиной руки, резко дернул их вверх, и Борисов чуть не подпрыгнул на месте, сжав зубы.
— Рассказывай! — требовательно попросил Шилов, повторив прием.
На этот раз Слон еле слышно застонал, но не проронил ни слова. Держался он стойко. И как это Костя умудрился свалить такого бугая? Хотя не удивительно, ведь Шилов обладал профессиональными бойцовскими навыками.
— Сволочь! — прошипел Слон, получив удар по животу.
За ним последовали и другие. Я не могла на это смотреть, поэтому остановила Костю:
— Хватит! Не могу видеть!
Но на Слона мой крик подействовал больше, чем тумаки Шилова.
— Я все расскажу, — сквозь зубы процедил Борисов. — Все равно ментам сдадите, а там церемониться не будут!
— Сдадим! Сдадим! — неожиданно послышался с порога знакомый мужской голос.
К нам вбежал запыхавшийся Валерка Гурьев, и я перевела взгляд на него. Валерка показал мне жестом, что, мол, все нормально, и сел рядом.
— Я же обещал, что приеду!
— Ты будешь говорить? — спрашивал Слона Костя, не отвлекаясь даже на приход Валерия.
— Костя! Ну сдался же он тебе! Нам и так все известно! — неожиданно проговорил Гурьев и подошел к Слону, все еще сидящему связанным на полу.
Гурьев погладил преступника по голове, жестко поднял подбородок, заглянул в бессмысленные бычьи глаза. Слон мотнул головой в сторону.
— Работаешь на Веденеева? — ласково спросил Валера, за спиной которого грозно возвышался Костик.
Борисов пробормотал что-то невнятное и опустил голову.
— Не слышу? — закричал Валерий.
— На него, — ответил наконец Слон сиплым голосом.
— Покровского ты замочил? — спросил Шилов.
— А Балашову? — одновременно с ним задал вопрос Валерий.
Слон молчал, поэтому Косте пришлось опять применить силовой прием. Это помогло. Слон взвыл:
— Я! Я! И Воробьева я убил! Веденеев сказал, я и сделал! Бабки он хорошие платит! Любой бы согласился. А я что, дурак?
Костик пнул его ногой и отошел в сторону.
— Дурак! Да еще какой! — огрызнулся Гурьев. — Только ты ни в чем не виноват. Поможешь нам поймать Веденеева, отпустим! Гуляй на все четыре стороны!
Слон недоверчиво посмотрел на Валерия.
— И не сомневайся! — подтвердил Гурьев.
— Что надо от меня? — прохрипел Слон.
— Звони! — Валерка протянул ему телефон. — Веденееву! Стрелу забей. Тебе же все равно надо будет ему сообщить, как с Ириной Лебедевой покончил!
— Где забивать?
— В городском парке около медведя! Прямо сейчас, — отчеканил Валерка.
— На мобильник звонить? — недовольно поморщился Слон.
Валерка кивнул.
— У Владимира Анатольевича определитель стоит, — предупредил Слон. — Он догадается, откуда я звоню! Надо по моему мобильнику.
Костик пошарил в его карманах и извлек маленький сотовый телефончик. Борисов продиктовал номер, а Валерий приставил к его уху трубку.
— Да, это Сергей. Да… Все сделано, Владимир Анатольевич… Да… Все, как сказали! Эту сучку я прибил, больше не дрыгнется. — Слон бросил робкий взгляд в мою сторону, словно бы извиняясь. — Надо встретиться… Я из города хочу смотаться после такой мокрухи… И Зуб со мной… Где? Тут до городского парка недалеко. Там и встретимся… У медведя!.. Нет, там деревянный медведь стоит… Чтобы никто не видел, надо там словиться… Все! Через час буду!
Слон говорил ровным голосом, так что Веденеев, кажется, ничего не заподозрил. А после разговора жалобно посмотрел на Гурьева.
— Где твой шеф хранит бабки? — строго спросил Шилов.
— Какие бабки? — скосил под дурачка Слон.
— Говори, гнида!
— В машине, — раскололся Борисов.
— Как в машине? Такую сумму? — удивилась я.
— У него тайник там. Шеф и ночевал в машине все это время, даже в особняк почти не заходил. Очень уж боялся потерять бабки. Я уж потом догадался, почему он так к машине прилип: сам обыскал ее и обнаружил тайник.
— Что же ты шефа своего не грохнул? И денег бы больше досталось? — спросил у Слона Гурьев.
Борисов виновато потупился. Он сделал все, что мы от него требовали, а вот Валерий своего слова не сдержал и, как только Слон произнес последнюю фразу, Гурьев скомандовал:
— А теперь к ментам!
— Вы че? Обещал же, говорил, ни в чем не виноват…
— Такого урода оставлять на свободе нельзя!
Слон хотел было дернуться в сторону, как только поднялся на ноги, но Костик крепко удержал его за плечо.
В парке было безлюдно и тихо. Я стояла в кустах, ощущая за своей спиной взволнованное дыхание Шилова. Слон прогуливался рядом с медведем, озираясь по сторонам. Я тоже осмотрелась. Менты сделали все, как надо. Облаву и в самом деле трудно было заметить: ни одной подозрительной машины, ни одного постороннего человека. Ничего, что могло бы насторожить Веденеева.
