Отшельник полностью

Я хватаю сумку и иду за ним, радуясь, что на мне сапоги, а не туфли на высоком каблуке.

— Я ненавижу походы.

Он кивает, в то время как его длинные ноги двигаются гораздо быстрее моих.

Когда мы поднимаемся в гору, мышцы моих бедер горят, и когда я уже чувствую, что вот-вот выдохнусь от этой физической нагрузки, мы прорываемся сквозь заросли деревьев, и я ахаю.

Вот дерьмо.

Я останавливаюсь и смотрю на черные шиферные стены дома, которые словно высечены в горе.

— Это безумие, — шепчу я в полном благоговении. В доме зажигается свет, он распространяется по всему пространству, проникая сквозь стены, и создавая атмосферу уюта и тепла. Я вижу гостиную, где стоят черные диваны и журнальный столик.

— Добро пожаловать, Грейс, — говорит Доминик, привлекая мое внимание к себе. — Надеюсь, здесь ты обретешь покой.

От его неожиданных слов у меня на глаза наворачиваются слезы, но я сдерживаю их, не желая плакать в его присутствии.

Подойдя к входной двери, я вижу прекрасный сад, вдохновленный японской культурой, и ручей, впадающий в небольшой пруд, где черная галька покрыта мхом.

Не находя слов, я вхожу в дом Доминика, и мой взгляд мечется по сторонам, упиваясь безмятежным декором.

Когда я вижу статую Будды, то спрашиваю:

— Ты буддист?

Доминик качает головой.

— Нет. Я агностик¹. — Он ставит мой багаж у подножия лестницы из светло-коричневого дерева, затем спрашивает: — Какую религию ты исповедуешь?

— Никакую, — бормочу я, подходя к большому окну. — Я давным-давно перестала верить в высшие силы.

За окном виднеются деревья, а далеко внизу, в долине, я замечаю озеро. Это зрелище настолько завораживает, что я не могу отвести взгляд от этого захватывающего пейзажа.

Я не ожидала, что дом Доминика окажется таким красивым. Если бы я была верующей, то подумала бы, что попала в рай.

Доминик подходит и встает рядом со мной, и это напоминает мне, почему я вообще здесь.

Мы женаты.

Обхватив себя руками, я отодвигаюсь от него. Я чувствую на себе его взгляд, пока иду дальше.

В столовой стоит черный стол и шесть стульев. На стенах нет картин, и каждый предмет мебели представляет собой что-то уникальное.

У этого человека хороший вкус.

Когда я захожу на кухню, Доминик говорит:

— Я оставлю тебя, чувствуй себя как дома.

— Куда ты идешь? — Спрашиваю я.

— Приму душ и поработаю. — Он взмахивает рукой. — Угощайся всем, что есть на кухне. Я отнесу твой багаж в твою спальню, которая находится на втором этаже. Вторая комната справа.

Я смотрю, как он уходит, чувствуя себя мухой, которую заманили в паутину.

— Только это чертовски красивая паутина, — бормочу я, подходя к холодильнику.

Я с удивлением обнаруживаю, что в холодильнике полно воды и различных соков. Я беру бутылку холодной воды и, делая маленькие глотки, заглядываю в прачечную.

Все вещи здесь лежат на своих местах.

Я открываю первую попавшуюся дверь и заглядываю в кладовку, которая по размерам не уступает моей спальне дома. Вдоль стен тянутся полки с продуктами и другими припасами.

Боже правый, да здесь, в горах, мы, наверное, сможем прожить несколько месяцев, прежде чем нам придется выехать в город.

Я слышала, что Доминик – отшельник, и теперь, когда я увидела его дом, лишь убедилась в этом.

Зачем он привез меня сюда? Вряд ли это из-за того, что я его не раздражаю.

Я ни за что не поверю, что такой мужчина, как Доминик, ничего от меня не ждет.

Холодок пробегает у меня по спине, и я выбегаю из кухни и поднимаюсь по лестнице.

Я прохожу мимо закрытой двери и направляюсь во вторую спальню. Когда я захожу внутрь, то вижу, что мой багаж аккуратно стоит в гардеробной. Здесь есть кровать королевских размеров, застеленная белым постельным бельем, на котором нарисован горный хребет.

Еще есть пустой стол и табурет, а также еще одна дверь, которая, как я полагаю, ведет в ванную.

Я закрываю за собой дверь спальни и, увидев ключ, быстро запираю ее, а затем подхожу к окну. Глядя на завораживающий вид, я прикусываю нижнюю губу.

Я не могу вечно сидеть в этой комнате, и я не настолько наивна, чтобы верить, что запертая дверь остановит Доминика.

Только тогда я понимаю, что Доминик предоставил мне отдельную комнату. Он не настаивает на том, чтобы я делила с ним постель.

Мои глаза расширяются от этой мысли, и в груди зарождается надежда.

До сих пор он делал все возможное, чтобы успокоить меня. А если говорить об интимных моментах, то кроме поцелуев в лоб, ничего не было.

Я оглядываюсь через плечо на запертую дверь.

— Могу ли я вообще доверять ему?



Доминик

Приняв душ и надев черные брюки-карго и футболку, я направляюсь в свой кабинет.

Зная, что Грейс где-то в доме, воздух кажется другим.

Я ввожу код безопасности, который открывает дверь, и, войдя в свой кабинет, автоматически включаю свет.

Мне пришлось потратить миллиарды долларов, чтобы обезопасить этот участок горы и построить этот ультрасовременный дом. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы все это осуществилось, но оно того стоило.