Рана в боку мгновенно сообщила, что она думает обо мне и этой воде. Будто соли на неё насыпали! И как же мне неприятно ощущение боли… От неё можно с ума сойти! А ещё эти пули…
Приходилось нырять, чтобы пули меня не достали.
Как же меня все достали… И аборигены, и этот мир…
Лишь час спустя я выбрался из воды и, не позволив себе даже надежды на отдых, поспешил подальше от реки. Благо, тут был лес.
Но даже так, остановиться я себе позволил лишь ближе к утру.
Измученный и израненный, я просто потерял сознание.
Сон… Спать — страшно. А ещё эти бессвязные образы, вносящие смуту в сознание. Сновидения, да… Вот только я даже сейчас чувствую невероятный запах, что бодрит организм. Еда⁈
— О! Так и знала, что ты проснёшься от этого запаха! — первое, что я увидел, — это сморщенное лицо пожилой женщины. Она радостно улыбалась и смотрела на меня с нескрываемым интересом.
Взглянул налево, потом направо. Какая-то старая халупа, но, по скромному мнению, космического линкора, тут весьма уютно.
— Ой да не бойся. Не знаю, кто тебя так, но здесь их нет, — указала она на меня, и я, приподняв голову, увидел свой тощий живот и что-то вроде окровавленного бинта. Старушка перевязала меня. И похоже, что качественно. — Я медсестрой работала. Опыт!
Она заулыбалась и выглядела такой доброй…
— Спа… сибо… — говорить было тяжело. Да и в теле сильная слабость.
— Есть будешь?
— Д-да…
В скором времени меня покормили с ложечки. Это был «борщ». Странное блюдо, но невероятно вкусное. Организм был в блаженстве. Сколько же там полезных веществ… А это тепло, растекающееся по телу… Неописуемо.
Оказывается, горячая еда — это восхитительно! А старушка довольно улыбалась, видя мой аппетит, и кормила с энтузиазмом. Даже когда я наелся и в меня уже не лезло… Благо, от смерти из-за переедания меня спасло то, что я просто отрубился.
В этот раз сон был тёплый и приятный, но проснулся я от острой боли в боку и, простонав, открыл глаза.
— Терпи! Знаю, что щиплет, но это хорошее лекарство, — выкрикнула старушка, заметив, что я проснулся.
Кивнув и сжав зубы, терпел. Продолжалось это минут двадцать. После чего мою рану зашили и вновь перевязали. А чтобы было не так больно, напоила меня «самогоном». Не знаю, что это, но ощущение будто меня заправляли топливом. Причём весьма паршивым.
Не топливными ячейками класса «Лямбда», а какими-нибудь «Гаммами»… Фу, гадость.
Впрочем, болеть стало меньше. Правда, старушек почему-то стало две… А что было потом не знаю, вновь уснул.
Когда я проснулся, уже была ночь. По крайней мере в помещении царил мрак. Прислушался и услышал… выстрелы! В теле уже было немного силы, а рана болела куда меньше. Поэтому я встал с кровати.
Сделать это оказалось нелегко, но я справился. Пока стоял и приходил в себя, осмотрелся. Хоть здесь и было темно, но тьма не кромешная.
В помещении имелась кровать, здоровенный шкаф на всю стену с различными книгами да фарфоровой посудой и несколько комодов. Также был стол, стоящий у стены с двумя, древними, как корабли модели сорок, стульями. А ещё в углу стояла метла с совком и, если не ошибаюсь, пылесос. Даже не роботизированный… Обычный, с которым нужно ходить по дому и вручную собирать им пыль да грязь.
Тут было две двери. Одна из них приоткрыта. Вот в неё я и заглянул. Оттуда звучали выстрелы, но… Просунув голову, я увидел старушку, сидящую на кресле-качалке, укутавшуюся в плед, и она смотрела так называемый телевизор.
— О ты уже проснулся. Как самочувствие? — поинтересовалась она, довольно улыбаясь.
— Жить, судя по всему, буду, — кивнул ей, подходя ближе.
— Куда ж ты денешься. Эти руки, — вытянула она их. Худые и сморщенные. — Столько жизней спасли!
— Спасибо…
— Давай, присаживайся, — она указала на деревянный стул, что стоял недалеко. — Расскажешь, кто ты, почему в тебе была пуля и всё такое. И не переживай, никому я тебя не выдам. Да и не найдут тебя здесь. В такой-то глухомани.
В этой комнате была большая кирпичная печь, стол, шкаф для посуды ну и кое-какая техника. Холодильник вроде и электрический чайник.
Усевшись на стул, я принял от бабушки кружку ароматного напитка. Чай называется. А к нему были пряники.
Хороший напиток, прогревает изнутри. А пряники жестковатые, но мне подсказали, что их нужно в чай макать. И сразу стало вкуснее, но…
— Ш! — откуда-то сверху, мне на плечо упала ящерица и принялась грызть мой пряник… Причём ту часть, что слегка размякла.
— А питомец у тебя молодец. Это он меня привёл.
— Вот как… и тебе спасибо, — погладил свою ящерицу-переростка по голове, а та довольно зашипела и начала изгибаться, требуя гладить её везде. А после перевернулась на спину. Мол, пузо тоже чеши!
Пока пил чай, рассказал про последние дни, но лишь то, что не выдаст меня. Если коротко, то, судя по словам блондина, в меня ударила молния. С тех пор я вернул разум, а до этого, похоже, был каким-то дурачком из-за повреждённого чипа.
Ну а дальше они вернулись, попытались избить меня, я сопротивлялся, побил их, и вот я в бегах.
