Последнее слово я начал выговаривать столь выразительно, что не успел даже закончить. Эл рванул меня в глубину с такой силой, что я только и успел вскинуть руки над головой, дабы их не оторвало о решетку. Носом таки чиркнул о прут, а шарахнувшись от него — приложился затылком к другому. В голове помутилось, в третий раз отбил спину о пол и осознал, что спасен, только когда обнаружил над собой нервно хихикающего Чарли.
— В следующий раз будем высовывать Мика, — просипел я с облегчением. — И не то что высовывать, а просто выбрасывать. На тарзанке.
— Что там было, мистер Мейсон?
— Было? Думаю, оно там до сих пор. Такое бесформенное, на стену налепленное. Вроде ползуна, только лысое и толстое.
— Тебе бы фотороботы составлять, — восхитился Мик. — Чаки, возьмешь нас с Мейсоном к себе, в эксперты? Мейсон что хочешь опишет, а я… гм. А я переводчиком буду, с мейсонова на внятный английский.
— Ты — и на внятный? — не удержался Чарли.
— Ну, или на внятный, или на английский. Я буду очень стараться.
Эл перешагнул через меня, высунул в окно меч плоскостью клинка вверх и вгляделся в лезвие, словно в зеркало.
— Вижу. Что ж, мистер Мейсон, реакция похвальная. Эта штука не очень опасна, но весьма противна. Ляпнется — не отмоешься.
Ура моей похвальной реакции. Но почему у нормальных героев противники — драконы, колдуны или хотя бы претендующие на мировое господство маньяки, а мои неизменно имеют сходство с фекалиями?
— Можно ее убрать как–нибудь так, чтоб раз и нахуй? Или это — дело тех, кто избрал Путь Ассенизатора?
— Ну, раз уж нам придется вылезать через это окно, я постараюсь.
Эл изогнул руку, приложив острие меча к стене, и неторопливо подал клинок вверх, словно поддевая лопаткой прилипшие к сковороде шкварки.
— Очень занятная штука, — поделился он рассеянно, подводя меч. — Она не живая, хотя некоторые рефлексы у нее есть… Зачем существует — непонятно. Вроде бы ни для чего не нужна. Даже как появляется — и то неизвестно… Кажется, поддел.
Он протолкнул между прутьями и вторую руку, ухватился обеими за рукоять меча и, от натуги заскрежетав зубами, навалился на нее. Меч снова выгнулся дугой, наверху тихонько затрещало, посыпался какой–то песок; наконец, жирно чавкнуло, и мой знакомый ком просвистел мимо окна, скрывшись в тумане под возмущенный шелест потревоженных веток. Через несколько секунд вдали смачно бултыхнуло.
— Готово, — Эл отдулся и, втянув меч, первым делом осмотрел его лезвие. — Больше, вроде бы, никого нет? Что ж, будем выбираться.
Прутья, замыкающие оконный проем, были вмурованы прямо в камень, вместо обычной рамы, но Эла это не затруднило: взявшись за ближайший прут, он потолкал его взад и вперед, раскачивая в гнезде, а потом что было сил налег на середину. Прут послушно согнулся в дугу и выволок свои концы из развороченных лунок в камне. Впечатлил. Чарли аж губами нервно заплямкал, вероятно, представив себе такой беспредел в родном обезьяннике.
Второй прут вывернулся следом за первым. Эл аккуратно соскладировал выдернутые элементы дизайна под окном, протиснул в проем плечи и с интересом огляделся.
— Что ж, могло быть и хуже, — донесся снаружи его глуховатый голос. — Думаю, обойдется без травм. Я полезу первым, может быть, что–нибудь найду внизу, на что вам будет мягче прыгать.
Может, и найдет. Такого навалит, что лучше бы на голый камень… И не надо упрекать меня в испорченности. Вам когда–нибудь подготавливала посадочную полосу горилла?
Эл заткнул меч в ножны, прислонил его к стене; снял и навесил на рукоять портупею с револьверами. Отступив от окна, высунул в него ногу. Потом вторую. Задницей он окно практически закупорил, так что продавиться дальше у него не вышло: размашистые крылья спины оказались существенно шире оконного проема. Но позлорадствовать я не успел: Эл энергично выдохнул и, словно скрутившись в трубочку, выдавился наружу, как… Ой. С такими аналогиями никакой издатель мои мемуары выпустить не решится. Короче говоря, Эл неясным образом вытек за окно: только что он был тут, а вот уже висит снаружи, уцепившись за проем обеими руками, и с интересом оглядывается через плечо на туманную завесу.
— Будьте добры, мое оружие, — попросил он стеснительно. — Не сказать, что оно всегда поможет, но мой вам совет: тут без него лучше и шагу не делать.
Айрин подхватила комплект хранительского вооружения и выставила его за окно, едва не пробив голову Эла рукояткой меча. Эл ловко перехватил меч за ножны, вытянул наружу и разжал последнюю лапу, которой держался за раму. Секундой позже внизу глухо стукнуло — кажется, он долетел до усмотренного мною бордюра.
— От одного зануды избавились, — прокомментировал Мик и кровожадно воззрился на Чарли.
— Не надейся! — содрогнулся Барнет. — Еще и первый не так чтобы…
Айрин выглянула вслед канувшему в туман Элу.
— К стенке прилепился, — прокомментировала она вяло, очевидно, истратив уже весь природный лимит на удивления. — Опа. Отлепился. Пропал…
— История всей твоей жизни?
Да когда ж я научусь язык придерживать?
— На себя посмотри, говнюк. Лезь за ним!
— Куда спешить? Пусть он там все разведает.
