Одежда стремительно цементировалась на открытом воздухе, штаны сразу покрылись ломкой грубой корочкой и застыли, словно из сотен дощечек составленные, тащиться было неприятно, но, на счастье, мучиться пришлось недолго. Едва Эл втащился со своей ношей на гребень насыпи, как ноша издала ликующий вопль и попыталась покинуть седло.
— Будьте серьезнее! — укоризненно предложил ей Хранитель, придерживая волосатой своей лапищей от соскальзывания. — И осторожнее. Вода таит немало опасностей… будет лучше, если я первый в нее войду и посмотрю, что может угрожать.
— Ты войдешь — после тебя воды не останется! Пусти, тебе говорят!
До чего все-таки скандальная баба. Понятно, почему трезвомыслящие адские силы даже не попытались с ней по-хорошему договориться. Правда, непонятно, почему сразу не дали веслом по макушке… подумаешь, откаты, зато дешево, надежно и практично.
Эл неспешно перевалил через насыпь, а мы, напротив, полезли на нее по его стопам.
Туман здесь был более разрежен, нежели на болоте, вид открывался пространный, но безрадостный. Река действительно шелестела в прямой видимости: дальний ее берег терялся в дымке, ближний же, наш берег, спускался к воде полого, но на пляж нисколько не походил, ибо завален был самым фантасмагорическим нагромождением каменных обломков. Или не каменных? Все тут не как у нас, не разберешь… какое-то крошево, словно стояла тут гора, а потом Большой Рогач походя задел ее своим мегакопытом. Плыть, во всяком случае, не на чем, как мне показалось.
Эл остановился внизу у самой воды, ссадил Айрин на большую глыбу рядом и теперь неспешно вступил по колено в реку. Судя по образовавшимся у его ног бурунам, течение тут было весьма приличное — против не очень-то и выгребешь. Хранитель неспешно зашел еще глубже, по бедро, и остановился, почесывая освободившейся рукой поясницу с озадаченным видом.
— Могу я уже почиститься? — сварливо напомнила о себе Айрин. Волосы ее превратились в очень грязную паклю, по всей физиономии и прочим неприкрытым частям тела расплылись изобильные иловые разводы, а костенеющие джинсы, похоже, крепко натерли всякое разное, причем инстинкт самосохранения — до полного исчезновения.
— Минутку. — Эл нацелил в воду клинок и присел, погрузившись сперва по грудь, потом по плечи. — Я чувствую здесь… что-то неприятное. Сейчас прогоню, и можно будет…
— Я пока с краешку! — категорично отрезала Айрин и полезла с глыбы вниз, на каменное крошево.
— Мисс Ким, это не шутки! — встревожился Эл. — Я готов поручиться, что тут нет никаких следов сил, которые вас преследуют, разве что какие-то случайные местные обитатели, лично к вам никаких претензий не имеющие, но поверьте, не очень-то много и надо вашему хрупкому организму!
Мисс Ким с выражением лица а-ля загнанная лошадь объяснилась с ним демонстрацией единственного немытого пальца и приступила к исполнению заветной мечты фон Хендмана — оголению вышеупомянутого хрупкого организма. Мик радостно хрюкнул и опять уронил свои полсержанта.
— Что происходит? — возлюбопытствовал тот, не открывая глаз.
— Попрание норм нравственности, — предположил я и удостоился переадресации жеста, которым только что наслаждался Эл. — Чарли, нас обижают.
— Лишь бы не били.
— А если будут?
— Имеешь полное право стрелять на поражение.
Я бы, пожалуй, и пострелял. Да только едва ли получится. Выволок из-за пазухи пистолет; в своей кобуре с закрытым дулом он пострадал куда меньше всего остального нашего арсенала, разве что из-под курка вычистить набившуюся грязь… но неужели это все, на что мы можем рассчитывать? Хотя вон у Эла была еще пара таурусов, которые, вполне возможно, он ухитрился не утопить насмерть. Но он очень уж старается… сейчас с головой нырнет в речку!
Нырнул.
Потом вынырнул, с гордостью воздев над головой меч с надетой на клинок бесформенной массой размером с футбольный мяч. По краям массы шевелились то ли щупальца, то ли водоросли.
— Я же говорил! — Эл с гордостью развернулся в сторону Айрин. — Совершенно гнусная штуко… ой, приношу свои извинения.
И столь стремительно отворотился, что добыча сорвалась с клинка и усвистела куда-то на туманный центр речки. Фига себе, Хранитель. Она ж еще даже раздеться толком не успела, только из штанов выдралась. А если таки налетят суккубы — он и от них будет панически рожу воротить?! Очень надеюсь, что они как раз такие, как описывают легенды… легкомысленные. И легковесные все из себя, воздушные эдакие, потому как мышцастые ноги Айрин впечатление производят самое расхолаживающее… Вообще не понимаю, чего я на них уставился.
— Извинения! — фыркнула Айрин и, подобравши камушек несерьезного калибра, отоварила им стеснительного Эла вдогонку по меховому загривку. — Ты лучше принеси чего посущественнее. Лодку, например.
— Или пожрать, — поддержал Мик. — Или ты там собирался подмогу вызвать.
— Да, подмогу, — согласилась Элова спина стесненно. — Как раз размышляю… Мне надо сплавать через реку — могу я рассчитывать, что без меня вы ничего необдуманного не предпримете?
— Это в порядке холодного душа, что ли, сплавать?
