Академия.
Это рассадник лжи, объединяющей общество Дроу; это подлинный питомник фальши, повторяемой столь часто, что она кажется истиной вопреки любым доказательствам обратного. Уроки веры и справедливости, преподаваемые здесь молодым Дроу, настолько явно опровергаются повседневной жизнью развращённого Мензоберранзана, что трудно понять, как можно им верить. Тем не менее им верят.
Даже теперь, по прошествии десятилетий, сама мысль об этом месте пугает меня., причём, страшна не физическая боль, не постоянное ощущение грозящей опасности, – за эти годы я прошёл много не менее опасных дорог. Академия Мензоберранзана внушает страх, когда подумаешь о тех, кому удалось выжить, о выпускниках, которые живут – и наслаждаются жизнью – в атмосфере вредных измышлений, формирующих их мировоззрение.
Они живут с твёрдым убеждением, что всё дозволено, если ты умеешь выйти сухим из воды, что главная цель существования – самоутверждение, что власть дается только той или тому, кто достаточно силён и достаточно хитёр, чтобы выхватить её из слабеющих, рук недостойных её. В Мензоберранзане нет места состраданию, а между тем именно сострадание, а не страх вносит согласие в жизнь большинства рас. Именно согласие, направленное на достижение общих целей, есть первое условие величия.
Ложь порождает в Дроу страх и неверие, доказывает несостоятельность дружбы с помощью острия меча, благословлённого Ллос. Ненависть и безмерные амбиции, поощряемые этими аморальными принципами, стали участью моего народа и его слабостью, ошибочно принимаемой им за силу. А результат – парализующее, параноидальное существование, которое Дроу называют «состоянием постоянной готовности».
Не знаю, как мне удалось выжить в Академии, как удалось достаточно быстро понять лживость этих, принципов, чтобы действовать вопреки им и тем самым ещё больше укреплять веру в то, что я всегда ценил превыше всего.
Думаю, это заслуга моего учителя Закнафейна. Благодаря многолетнему жизненному опыту Зака, наполнившему его горечью и столько ему стоившему, я и сам научился слышать крики: крики протеста против убийственного предательства и крики ярости, испускаемые предводительницами общества Дроу, верховными жрицами Паучьей Королевы, – они столь долго эхом отдавались в моём мозгу, что навсегда остались в моей памяти. И ещё – крики умирающих детей.
