Это жрицы Дроу, появившись в пещере, своими колдовскими парализующими заклинаниями заставили его замолчать. Белвар и ещё кое-кто из гномов были застигнуты их двеомером, остальные же гномы, увидев это, ударились в беспорядочное бегство через второй выход.
Воины Дроу во главе с Гвенвивар ворвались в пещеру. Радость Дзирта при виде своей невредимой любимицы была отравлена мыслью о предстоящем побоище.
Дайнин и его воины жестоко набросились на растерянных гномов.
Через несколько секунд – ужасных секунд, показавшихся Дзирту часами, только Белвар и другой гном, вдвоём попавшие под действие заклинания, остались в живых. Нескольким свирфнебли удалось убежать через задний выход, но большая часть патруля Дроу отправилась за ними в погоню.
Последним в пещеру вошёл Мазой. Вид его в измазанном грязью платье был ужасен. Остановившись у входа, он даже не посмотрел на Дзирта, заметив лишь, что его пантера охраняет второго сына Дома До'Урден.
– Тебе опять повезло, – сказал Дайнин, разрезая веревки на руках брата.
Дзирт вовсе не был уверен, что это так, взирая на зрелище кровавой резни.
Дайнин вернул ему сабли и повернулся к Дроу, караулившему двух неподвижно стоящих гномов.
– Прикончите их, – распорядился он.
На лице Дроу появилась плотоядная улыбка; сняв с пояса острый нож, он помахал им перед лицом гнома, дразня беспомощное существо.
– Они способны видеть? – спросил он верховную жрицу.
– В этом-то и заключается прелесть заклинания, – ответила та. – Свирфнебли понимают всё, что происходит. Даже сейчас он пытается вырваться из магической хватки.
– Это ведь пленники! – вырвалось у Дзирта. Дайнин и другие обернулись к нему. На лице Дроу с кинжалом были написаны разочарование и злость.
– Ради Дома До'Урден! – с надеждой обратился Дзирт к Дайнину. – Мы могли бы использовать их….
– Из свирфнебли хороших рабов не получится, – заметил Дайнин.
– Это верно, – подтвердила верховная жрица, подходя к Дроу, держащему кинжал.
Она кивнула воину, и улыбка на его лице стала ещё шире. Он нанёс сильный удар. Теперь в живых оставался только Белвар.
Зловеще размахивая окровавленным кинжалом, воин подошёл к вождю гномов.
– Этого не надо! – протестующе вскричал Дзирт. – Оставьте его в живых!
Он хотел добавить, что Белвар не опасен для них и что убить беззащитного гнома – значит совершить трусливый и жестокий поступок. Но ему было хорошо известно, что взывать к милосердию его сородичей – пустая трата времени.
На лице Дайнина была написана скорее злоба, чем любопытство.
Ухватившись за единственный довод, который пришёл ему в голову, Дзирт продолжал:
– Если вы его убьёте, то не останется никого, кто мог бы вернуться домой и сообщить о нашей мощи! Нужно отправить его обратно, к его народу, чтобы он рассказал, как глупо с их стороны вторгаться во владения Дроу!
Дайнин оглянулся на верховную жрицу, спрашивая её совета.
– Это, пожалуй, разумно, – кивнула она. Дайнин был не слишком уверен в мотивах, которыми руководствовался брат. Не сводя с Дзирта глаз, он обратился к воину:
– Тогда отруби гному руки!
Дзирт даже глазом не моргнул, понимая, что в противном случае Дайнин уничтожит Белвара.
Воин воткнул кинжал за пояс и достал тяжёлый меч.
– Погоди, – сказал ему Дайнин, всё ещё не отводя взгляд от Дзирта. Сначала расколдуем его. Хочу слышать его вопли.
Несколько Дроу подошли и приставили концы мечей к шее Белвара, пока верховная жрица снимала магическое оцепенение. Белвар не шелохнулся.
Дроу, которому предстояло выполнить команду, схватил обеими руками меч, и Белвар, храбрый Белвар, протянул вперед недрогнувшие руки.
Дзирт отвернулся, не в силах видеть происходящее и с ужасом ожидая криков Белвара.
Гном заметил реакцию Дзирта. Что это? Неужели сострадание?
Воин Дроу опустил свой меч. Белвар не отводил глаз от Дзирта, в то время как меч разрубил его запястья, зажигая миллионы искр боли в искалеченных руках.
Но Белвар не закричал. Нет, он не доставил удовольствия Дайнину. Вождь гномов в последний раз взглянул на Дзирта, когда два других Дроу выволакивали его из пещеры, и прочел искреннюю боль и мольбу о прощении во внешне бесстрастном взгляде юного Дроу.
Как раз в тот момент, когда Белвара уводили, тёмные эльфы, которые гнались за убегавшими гномами, вошли в другой вход.
– Нам не удалось их поймать в этих крохотных проходах, – пожаловался один из них.
– Проклятье! – зарычал Дайнин. Одно дело было отпустить безрукого гнома-жертву домой в Блингденстоун, и совсем другое – дать убежать невредимыми другим членам экспедиции гномов. – Я хочу, чтобы они были пойманы!
– Их может поймать Гвенвивар, – заявил Мазой, подзывая к себе пантеру и не сводя глаз с Дзирта. Сердце Дзирта подпрыгнуло, когда маг похлопал громадную кошку по голове. – Давай, крошка, тебе ещё предстоит охота! – оказал он.
Маг видел, как Дзирт поморщился, слыша эти слова; он знал, что этот чистюля не одобряет участия Гвенвивар в подобных действиях.
– Они убежали? – спросил Дзирт Дайнина с каким-то отчаянием в голосе.
– Если мы позволим, они добегут до самого Блингденстоуна, – холодно ответил Дайнин.
– И они вернутся?
