Пот щипал Роберту глаза и стекал по щекам, хотя в подземном лабиринте стоял жуткий холод. После того как он с трудом поднялся с постели и проковылял, опираясь на руку Джеймса, по коридорам замка, повязка на ране пропиталась алым. И сейчас кровь медленно проступала сквозь ткань сорочки.
—
Это безумие. — Голос сенешаля прозвучал сдавленно, ему было трудно тащить на себе Роберта. — Мы вполне можем подождать. Все равно коронер
[25]
прибудет не раньше чем через день или два. А ты бы к тому времени окреп.
—
Нет, — прохрипел Роберт, которому свет факела больно резал глаза. — Я хочу взглянуть на него.
—
Далеко еще? — обратился Джеймс к стражникам и выругался, задев каменную стену прохода.
—
Сразу за погребом с элем, сэр. Ярдов десять, не больше.
—
А не могли до него добраться крысы?
—
Тело охраняет Ранульф, один из егерей сэра Ричарда, сэр.
Миновав темный проем, из которого пахнуло прокисшим элем, они увидели еще один проход, из которого лился тусклый свет факела, освещая влажные камни пола. Круг света стал шире, когда к нему присоединились отблески их собственного факела. Запах ладана здесь ощущался намного сильнее, как, впрочем, и тлена; сладковатая вонь разлагающегося мяса заставила Роберта отвернуться. Стражники, старательно прикрывая рот и нос ладонями, нырнули в темный проем. Джеймс последовал за ними, таща за собой Роберта.
Они оказались в очередной кладовой. У дальней стены громоздилось несколько разбитых ящиков и бочек. В кольце трещал факел, а из курильницы, стоящей на ящике, вырывались клубы дыма. На одной из бочек сидел коренастый и грузный мужчина, нижнюю часть лица которого прикрывала тряпичная маска. Лежавший на полу рядом с ним черный лаймер[26]поднял голову и глухо зарычал. Ранульф-охотник встал и вопросительно прищурился, глядя, как в кладовую вслед за стражниками входят Джеймс с Робертом.
Когда люди Ольстера подошли к егерю, чтобы поговорить с ним, Роберт заметил у дальней стены грубые деревянные козлы с крышкой. На них лежал продолговатый предмет, завернутый в мешковину, завязанную с одного конца. Запах гниения забивал ноздри и лез в рот и горло.
—
Что ж, сейчас вы его увидите, раз граф Ричард разрешил, — окликнул Ранульф Роберта и Джеймса. Сквозь ткань повязки голос его звучал приглушенно. — Но предупреждаю заранее — он благоухает так, что сам дьявол упал бы на колени. По-хорошему, его давным-давно следовало бы закопать.
Джеймс поддерживал Роберта, пока тот, прихрамывая, доковылял до стола, и егерь снял с пояса нож.
