Роберт провел рукой по цевью арбалета, которое крест-накрест обвивал цветной шнурок. Он выглядел полинявшим и потрепанным, поскольку оружием, очевидно, пользовались очень часто. Рядом лежал колчан. Один болт валялся на крышке стола, древко его было сломано пополам. Он взял в руки перепачканный кровью наконечник.
—
Его вынули из вас.
—
Я бы хотел оставить его себе, — пробормотал Роберт.
Ранульф пожал плечами.
—
Если коронер не будет возражать, забирайте. — Он нахмурился. — Хотя я не понимаю, зачем он вам понадобился.
—
На память. — Роберт тяжело привалился к козлам и принялся внимательно рассматривать кусок железа, едва не оборвавший его жизнь. — Чтобы не расслабляться и всегда быть начеку. — Спустя мгновение он положил наконечник обратно на стол, чувствуя себя измученным до предела. — Вы были правы, Джеймс. Здесь не на что смотреть. Хотя я думал, что лошадь и арбалет… — Он умолк. — Пожалуй, он и впрямь лишь обычный грабитель, как вы и говорили.
Но ответа не последовало.
Роберт оглянулся.
—
Джеймс?
Сенешаль пристально смотрел на мертвеца, и на лице его было написано очень странное выражение. Вдруг он повернулся к двум стражникам. Они стояли у входа в кладовую, прижав руки ко рту.
—
У сэра Ричарда здесь есть цирюльник?
Оба недоуменно нахмурились. Но потом один из них, тот, что держал факел, ответил:
—
Разумеется, сэр.
—
Приведите его сюда немедленно. И пусть захватит свои инструменты. — Видя, что стражники колеблются, Джеймс резко добавил: — Разве сэр Ричард не приказал вам не перечить мне ни в чем?
Стражник с факелом посмотрел на своего товарища, ища поддержки, и тот кивнул.
—
В чем дело, Джеймс? — спросил Роберт, когда стражник нырнул в проем, ведущий наружу.
Но сенешаль снова смотрел на труп.
—
Пока не знаю. — Он покачал головой и еле слышно пробормотал: — Этого не может быть. — Но лицо его оставалось строгим и хмурым.
Роберт заставил себя подойти к одной из бочек, на которую и опустился, совершенно обессиленный, зажимая ладонью рану в плече. Он закрыл глаза. Запах ладана и гниющей плоти назойливо лез в ноздри. Он прижался затылком к ледяной стене, а по спине у него стекали струйки пота.
—
Только бороду. Сбрейте ее, и все.
Роберт открыл глаза. Джеймс и егерь стояли у стола вместе с третьим мужчиной, который поспешно завязывал рот и нос полоской ткани. «Цирюльник», — понял Роберт, спрашивая себя, сколько же времени он просидел вот так, в полузабытьи.
Цирюльник достал из мешка ножницы.
