– Я отмашку ему не давал. А без нее он тебя не тронет…
– Чтобы дать отмашку, с ним надо связаться. Как ты с ним свяжешься?
– Можно по телефону.
– Ты должен встретиться с ним лично.
– Я все понял, – кивнул Солончак.
Он готов был на все, лишь бы только Мирон молчал, и на этом следовало играть.
Прямо из палаты Солончак связался с Цукатом и забил ему стрелку. Тот согласился встретиться с ним во дворе больницы, Мирон организовал засаду, но, увы, Цукат на стрелку не явился. Похоже, он что-то почувствовал.
Свято место пустовать не должно. Скучно вдруг стало Сантосу без своей рабыни, поэтому он привел в свой дом Вику. А с кем он еще мог тешить свое самолюбие? С Кариной? Так она никогда не принадлежала к сильным натурам, как он сам. А самого себя Сантос гнобить не хотел. О Свища вытереть ноги – это он с удовольствием. И высморкаться в платок Фрукта – тоже за радость. Именно поэтому Сантос и привел в особняк Вику.
И еще в доме должна была быть женщина, чтобы приманить Дергуна. Пусть он думает, что Юля здесь. Пусть летит на огонек, на этот раз он и крылышки свои спалит, и сам в прах обратится.
– Ну как тебе здесь? – спросил Сантос, обняв Вику за талию.
– Круто!
Свищ строился с размахом, а у Лики был вкус, потому дом не мог не нравиться.
– И у тебя мог быть такой особняк, – сказал он, задрав рукой подол платья девушки. – Если бы мы не свалили твоего Фрукта.
– Я бы назвала его своей ошибкой.
– Ух ты! – развеселился Сантос. – Вася Ошибка! А что, звучит!..
Вика откровенно льстила ему, набиваясь как минимум в любовницы. Именно этого он и добивался.
– И где она, эта твоя ошибка?
– Где-то в Москве.
– А конкретно?
– Он не говорил. Сказал, что квартиру снял, бизнесом занялся, а где, что, как, неизвестно. Он хотел меня к себе забрать, я отказалась…
– Правильно все. Зачем тебе муж? Ты же шлюха, тебе хорь нужен, – Сантос одобрительно похлопал ее по оголенной ягодице.
– Я не шлюха, – жалко возмутилась Вика.
Но Сантос не унимался. Приятное это занятие, унижать свою бывшую любовь. Может, это и попахивало извращением, но ему все равно.
– Ты моя персональная шлюха. И со мной будешь жить, как шлюха… Со мной будешь жить… Или ты не хочешь со мной жить? – прошептал он ей на ухо. И провел по нему языком.
– Хочу. – Ее тело напряглось под накатившей возбуждающей волной.
– А Васю хочешь? – спросил он, открывая дверь в свою спальню.
– Васю не хочу.
– А если Вася где-то рядом? Если он вокруг дома кружит?
Окна спальни просматривались с пустыря, засаженного молодыми елочками. Что, если Дергун уже там? Что, если он из темноты наблюдает за домом?
– Да пошел он!
– Может, мы покажем ему, как мы любим друг друга?
Сначала Сантос раздвинул шторы, не тронув тюлевые занавески. Затем он раздел Вику, заставив опереться руками на подоконник. Сам пристроился сзади. Пусть Дергун видит, как Сантос трахает его Юлю. Он представил на месте Вики Юлю и неожиданно для себя сорвался в штопор. Он собирался парить в облаках долго, но Юля перевозбудила его, и он не смог справиться с управлением. Земля и взрыв были уже близко, когда что-то вдруг со звоном щелкнуло по стеклу. И еще, и еще… А со стороны пустыря донесся треск автоматной очереди, сливаясь со звуком, с которым посыпалось побитое пулями стекло.
Сантос оттолкнулся от Вики, пулей выскочил из комнаты, на ходу застегивая брюки. Это была банальная трусость, и, осознав это, он до боли стиснул зубы. Даже Вику бросил, хотя должен был утянуть ее за собой или хотя бы уложить на пол. Но в спальню он возвращаться не стал. Все равно, что стало с Викой. Главное, задержать Дергуна.
Все-таки купился Игорек на приманку… Но почему он стал стрелять? Неужели он так тронулся умом, что решил убить Юлю? И ее, и Сантоса… Что ж, он за это заплатит!
Дом охранялся плотно, плюс под рукой у Сантоса находилась группа захвата. Эту команду он и бросил на пустырь, к месту, откуда стрелял Дергун. Сначала он сам хотел возглавить группу, но не решился. Страшно вдруг стало. Патрикей рассказывал ему, как Дергун мочил в лесу «чехов», практически сам, в одиночку всех положил. И Сантоса мог положить из засады.
Испугался Сантос, но признаваться в этом не хотел. Тем более оправдания искать не пришлось. Вику он бросил, чтобы кинуться в погоню за Дергуном. А за ним самим не пошел, чтобы организовать оборону дома. Кто его знает, этого Дергуна, может, он и не собирался никого убивать? Может, он своими выстрелами пытался сбить Сантоса с толку? Он бросает своих людей в погоню в одну сторону, а Игорь заходит к дому с другой…
Оправдания были. И с Викой ничего не случилось. Но так вдруг захотелось напиться, чтобы заглушить укор совести.
