Теперь сбежал наш телохранитель. Мне тоже следовало чем-нибудь заняться. Я нахмурился как прожженный змеелюб-сектант саном не ниже Совратителя, и отправился прямиком к статуе. Чтобы случайно не обделаться от собственной бескомпромиссности, я нашептывал парочку знакомых мне еретических литаний. Я был предельно сосредоточен и все равно, мне почудилось, что это не я приблизился к статуе, а она надвинулась на меня.
Головы смотрели на меня.
Ледяные выпученные глаза.
На меня…
Острые как колья в волчьей яме…
Только на меня…
Волчья яма, в которую Я падаю…
Содомия, чревоугодие, праздность?
На…
Нет. Не сейчас. Злоба! Злоба! Злоба!
Меня!
—
Я взбрыкнул как истеричный старикашка, и в приступе накатившего бешенства ударил не глядя. Не попал. Махнул снова, разбил кулак о черный доспех, заорал и уселся на пол. Олечуч немного помог мне в этом.
— Что?
—
Когтистые пальцы сдавили мое раненое плечо.
— Ах, об этой боли, — прошипел я.
—
— Откуда ты это знаешь, Олечуч?
Олечуч выпрямился и пошел легкой, необычной для него походкой, куда-то за статую. Я почувствовал присутствие за спиной. И приглушенный запах бонгора.
— Нашел что-нибудь? — я поднялся, осторожно поглаживая плечо.
— Там книжные стеллажи, — пренебрежительно отозвался Рем. — Куча книг в дорогих переплетах. Все пустые.
— То есть?
— Страницы пусты, — Рем сунул мне зеленоватый, обитый медью том. — Я проверил десятка два. Ничего. Престон, они, что, действительно поклонялись змею?
— Кто «они»? — я открыл книгу.
Страницы из кожи. Пустые. Все до одной.
— Вот именно, кто? — сплюнул Рем. — Ваши славные древние правители. Этот Вориан Диг, или как там его… Они приносили здесь жертвы!
— Это точно.
— Тут везде шкуры! — воскликнул сухолюд, глядя на мое каменное лицо. — Ты угодил в них и даже не заметил! Sopidodam! Животные, люди! Идем скорей из этого проклятого места. Где Олечуч?
— Ты заметил, что тут почти нет радиации?
Сухолюд закатил глаза.
— Ну и что? — спросил он, еле сдерживаясь.
— Что-то ее всасывает здесь. Накапливает. Эти колонны…
— Обычные колонны! Уходим.
— Да. Да, пойдем.
Мы отыскали лестницу.
— Разве статуя не должна была ожить и напасть на нас? — спросил Рем, поднимаясь следом за мной.
— Не задумываясь, поставил бы на это сотню профилей.
— Может быть не все еще потеряно, кошкины сиськи.
Я промолчал.
Мы вышли на следующий этаж и закрыли за собой тяжелую дверь на два могучих засова.
— Надо найти Олечуча, — сказал я. — Им кто-то управляет…
— Безумные опилки в голове?
— Нет. Не только. Вероятно Вохрас.
— Змеева жопа! — сдавленно воскликнул Рем. — А разве не он должен был по нашему гениальному плану схватить колдуна за бороду и заставить выпустить отсюда?
— По-моему с самого начало было очевидно, что мы можем лишь просить, а не требовать, Рем, — спокойно ответил я. — Вохрас тоже чего-то от нас хочет. Иначе мы давно бы уже резались в покер со змеятами, сам знаешь где. Может быть, нам удастся обменяться услугами.
Рем издал презрительный булькающий звук. Не стал бы биться об заклад, утверждая какой именно частью тела он его произвел, но в воздухе и без того уже чем-то крайне отчетливо пованивало.
— Он здесь четыреста нерестов наедине со своими инстинктами, — бормотал Рем насмешливо. — Услуги. Тоже мне. Ты ему понравишься Престон. Ты и твои манеры благородной девицы.
Я сделал вид, что не расслышал этого. Разглядывал почерневшие от времени нагромождения ящиков, груды каких-то закупоренных кувшинов и банок, амфор и сваленные в кучи бочонки. Валялись истлевшие тряпичные матрасы, черные слежавшиеся мешки, обломки мебели, осколки посуды, — все это было покрыто толстым слоем пыли и плесени. То тут, то там видны были черные язвы кострищ. То, что здесь не все еще выгорело дотла, можно было объяснить лишь повышенной влажностью и отвратительными пиротехническими свойствами гнилой древесины.
Ибо далеко, в центре, скрываясь за горами порченных запасов, мрачно гудела толстая цилиндрическая ось, уходящая куда-то выше, наверное, до самого пика. Когда мы добрались до нее, я увидел, что раньше цилиндр окружал каменный кожух из метеоритного камня, от которого теперь осталась только зубчатая кайма.
Цилиндр был чем-то заряжен. Судя по всему, по горлышко.
Я сразу вспомнил звенящие колонны внизу. Они вбирали излучение и отправляли его сюда, в этот центр, наполняя его загадочной и, несомненно, разрушительной силой.
