Отступники (СИ) полностью

— Видимо, плохая из меня принцесса, раз моё слово ничего не значит, — улыбнулась Эвелин подруге.

— Меня так просто не сломить, Алексия, может ты сделала из меня фамильяра — я, клянусь, убью тебя самой жуткой смертью, которую ты только можешь себе представить! — Эвелин услышала чей-то голос, что шел пронесся будто в её голове.

— А? Ты что-то сказала? — начала озираться та, когда подруги вышли из башни.

— Нет, ничего, Принцесса.

— Хм, — задумчиво произнесла Эвелин, вытирая слёзы, что стекли на её подбородок.

Месяц спустя

Изумруд

— Ты уже идёшь на поправку, — говорил Норман.

— Да, — сдержанно отвечал Абель.

Лазарет Изумруда — не то место, которое чем-то славится, в отличие от женщины, что заведует им — госпожа Ринель. В прошлом, говорят, она даже была лордом, но её сместили, так сказать, отправили на пенсию. Истории гласят, что она была великим шпионом, саботажником.

— Знаешь, я принёс книги, которые ты… Ну, читаешь, — запинаясь произнес блондин-король, — Стихи, приключения, и всё такое.

Абель кивнул, прячась под одеялом. Да… С тех самых пор, когда ему внезапно стало хуже на пути в Изумруд, он начал чувствовать себя хуже. Каждый день проходит вот так: утро, приходит Норман и беседует, пытаясь вернуть сына в строй, вечер, ночь и по новой. Так продолжается уже целый месяц.

— Да, — вновь сказал принц.

Норман вздохнул, оглядываясь назад, на Ринель. Он уже не видел той озорной девчушки, что всегда старалась быть первой во всём, — сейчас перед ним стояла уже поседевшая женщина, что не даёт больным, которых нельзя излечить, умереть в одиночество.

Ринель лишь улыбнулась, а её улыбка была… Эмоциональной, как и всегда. Норман тут же отвернулся, как и всегда чувствуя вину перед нею.

Так они и общаются. Молча.

— Когда же ты придёшь, Аб? — тонкий девчачий голосок прозвучал в голове Абеля.

— Вот чёрт, — чертыхнулась женщина в халате, — Это опять случилось.

Тело, Абель, лежащее под одеялом, затряслось, словно из-за приступа. Но только Ринель, что уже на протяжении месяца следит за этим юношей, знает, что… Он боится.

Абель будто вспоминает что-то настолько ужасное, что невольно начинает трястись от страха. Пожилая женщина не раз уже гадала, что такое могло привести к этому? И, если верить тому, что она слышит во сне от Абеля, — это нечто, что называет себя Тэнебрис.

Его сознание вновь улетучивалось, переносилось в духовную комнату, когда он начал засыпать.

— Перестань закатывать сцены, Тэнебрис, хватит! — кричал, срывая голос, Абель

— Кто-то тебя поддержит, а кто-то тебя осудит, но я всегда буду с тобой, Аб, — маленький чёрный силуэт, стоящий перед принцем, источал из себя ауру… Заботы, которой так не хватает Абелю.

Он ведь… Замкнутый в себе ребенок, потерявший всё в детстве, которого предали те, кому он думал, что мог доверять. Робби, что всегда казался несгибаемым, потерял былую форму и теперь является завсегдатаем бара у порта, он был его другом, но ящеролюд всё равно отвернулся от Абеля.

А после его нашёл Норман, дал лучших учителей, которых только знавал Абель, привил этикет, рвение к учёбе. Научил Абеля контролировать собственную силу, но… Абель всё равно не чувствовал, что о нём заботятся. Это выглядит…

— Словно они готовят тебя, как свинью на убой, — в чёрном силуэте Абель точно видел белоснежную улыбку, — Ты помнишь, что сказал себе там, перед Великим лесом?

— Что? — удивленно произнес парень.

***

— Гляди, это щупальце! — восторженно говорил маленький мальчик.

«Возможно, если бы я не ощущал будто бы все органы сдавливают тугим канатом, а на сердце завязывают узел, заставляя чувствовать, что вот-вот отойдёшь в мир иной… Тогда, наверное, Ябы использовал свою внутреннюю Тьму по-максимуму»

***

Воспоминания пришли с острой болью, заставляя Абеля вновь сжаться, упасть на деревянный пол своей духовной комнаты. Голова гудела.

«…Использовал Тьму по-максимуму…» — проносил в голове раз за разом.

Тэнебрис прыжками добралась до Абеля, словно играла в какую-то старую игру. Она, хоть и была вся чёрной, поглощала свет, и не имела лица… Тэнебрис была… Словно сестрёнка для Абеля.

Но сейчас, когда это маленькое существо, нет. Сейчас, когда Тэнни прижала голову Абеля к себе, обнимая его и даря долгожданное спокойствие для его души. Он понял, что Тьма… И правда родная для него.

— Значит, на максимум? Не жалея никого? — тихо говорил он, упершись лбом в неё.

— Угу, стоит убить их всех.