Отступники (СИ) полностью

— Тужьтесь! — говорила королевская целительница.

И вот женщина в фиолетовой робе держала младенца… Который молчал. Не издавал ни единого вздоха. Маленькое окровавленное тело бездыханно лежало на руках старой женщины.

У Королевы Элеоноры родилось мёртвое дитя.

— Г-Густ, — издала вздох она.

Король сначала взглянул на свою жену, которая смотрела на всё пустым взглядом, она истошно просила дать ей её ребёнка, говорила, что они врут. Казалось, что среди её чёрных, как мгла, волос, появилось несколько седых прядей.

А потом взглянул на своего ребёнка. Аарогуст не паниковал. Он ничего не испытывал — до него ещё ничего не дошло. Король будто бы стоял один в комнате. Один в чёрной комнате.

— Ты можешь с этим что-то сделать? — хрипло спросил Аарогуст, Король Аметиста.

Словно из ниоткуда показался хлипкий старик, что, как все думали, доживал свой век. Его глаза были слепы, а волосы уже давно выпали. Никто во всём королевстве не знает его настоящего возраста. И говорят, что он живёт столько лишь благодаря тёмной магии.

— Плата будет слишком велика, — предупредил тот. — Её душа может пострадать, если вы не не выполните условия контракта.

Король колебался. Но видя свою жену, чьи губы дрожали, а по щекам текли слёзы, видя своё дитя в таком состоянии. Он знал, что ему нужно быть решительнее, нужно вспомнить «былые времена», когда он…

— Делай, то что должен, — велел тот.

— И будь, что будет, — тихо ответил чародей.

Старик поклонился, после чего выгнал всю слугу из комнаты. Оглянулся на ложу, где лежала тихо рыдающая Элеонора, маг вздохнул, словно извиняясь за свои действия, и ввёл в транс королеву. Он держал в руках безжизненное тело, Король стоял напротив колдуна. Тот извлёк из мешка короткий нож, красную нить, склянку с прозрачной жидкостью и старый, разваливающийся папирус.

— Я сплету её жизнь с другим человеком, она будет черпать дополнительные силы из него, а он из неё, — предупредил колдун, — Это спасёт её, и подберёт достойного суженного, но… Вы должны буде-…

— Начинай, — прервал его молодой Король.

Чародей кивнул, расчехляя кинжал и, заведомо достав из робы белый мел, начертил на лезвии руны, после протягивая его Аарогусту.

— Вы должны дать ей свою кровь, — протянул нож старик.

Когда Аарогуст брал нож, тот сверкнул в его фиолетовых глаза. Его руки дрожали. Он собирался сделать надрез, но… Нет. Он был уверен. Он должен был быть уверен.

Всего пара капель упала в склянку с прозрачной, как стекло, жидкостью. Рана Аарогуста тут же затянулась. Королевская кровь даёт многие дары тем, кто принадлежит королевскому роду.

Происходила таинственная реакция, которую колдун звал алхимией, в склянке появилась красный, нет, багряный, словно кровь, эликсир.

Старик осторожно подвёл склянку ко рту младенца. Он капнул всего пару капелек, когда всю комнату охватило алое свечение. Тогда Аарогуст понял, что началось и пути назад больше нет.

— Я сплетаю красную нить судьбы, — начал он, — Принцесса…

Он сделал паузу, повернув голову к Аарогусту.

— Эвелин, — сжал кулаки Король.

— Принцесса Эвелин фон Краун и… — его глаза засветились нежно розовым светом, появились очертания зрачков, что носились по сторонам с большой скоростью.

Красная нить витала в воздухе. Сначала она завязалась, сделала узел на теле Принцессы Эвелин, а свой второй конец скользнул через всю комнату, просочившись через стекло, и отправился вдаль, за пределы замка, далеко-далеко…

— И… — в комнате раздался щелчок и зрачки старика остановились, — Юджин Грант!

Комнату вновь озарил слепящий алый свет, который начал сходиться на узле красной нити судьбы. И когда колдун подошёл, решив, что заклинание завершено… Нить порвалась. Один конец остался завязанным на Принцессе, а второй остался где-то там, вдалеке.

— Что?! — воскликнул тот.

На секунду глаза старика сверкнули. Он погрузился в астрал, его восприятие улучшилось в разы, когда душа выскочила из тела, выискивая причины, по которым ничего не сработало. Он проверял само заклинание, его формулу, руны Предков. И всё было верным! Он соединил судьбы Эвелин и некого Юджина. Но, их сердца не соединились, их души были порознь.

И пока время вокруг него остановилось, он высматривал всё: потоки маны Принцессы, вновь осматривал нить.

И ничего бы не нашёл, если бы не стал проверять состояние Эвелин фон Краун по элементам магии. Он открывал свой духовный канал, пропуская ману по телу ребенка.

— Вода… Земля… Воздух… Огонь?.. — он обреченно вздохнул, — Тьма, Свет?

И его магический взгляд ослепило потоками маны. Старик прекрасно знал, что это значит. Он понял, что…

— Принцесса стала источником Света! — осенило колдуна, — Так… Значит, появился и источник Тьмы… Ей нужна Тьма!

На самом деле, он и подозревать не мог, что Принцесса и есть сам Свет.

И во всём этом океане слепящего небесного света он заметил тонкую тёмную линию, ведущую далеко-далеко, до самых границ королевства, где находилась одна деревня.